Книга Совратить недотрогу, страница 185 – Юлия Герман

— Но что-то я не представляю Нику, обложившуюся внуками и пеленками, – усмехнулась. – Мы и сами неплохо справляемся.

— Вот видишь, – улыбнулся он. И только теперь я поняла, что это была шутка. – К тому же теперь у нас есть чудесная няня. Тебе не придется приковывать себя к детям.

— Наверное, ты прав, – прикусила губу. – Значит, ты не против? – заглянула в глаза мужу.

— Не против? Да я счастлив! Чувствую себя так, будто нагнул весь этот гребаный мир, потому что моя девочка носит еще одного моего ребенка.

— Петя, – тихо рассмеялась я.

— Так я могу быть уверен, что ты от меня точно не сбежишь, – старался улыбаться, но я знала, для него это болезненная тема.

Первые месяцы он просыпался несколько раз за ночь, чтобы убедиться, что я рядом и никуда не исчезла. И даже спустя три года брака, совместный бизнес и ребенка Державин до сих пор боялся, что я ускользну.

— Ты же знаешь, у меня даже и в мыслях этого нет. Я всецело твоя от корней до кончиков волос, – теперь пришел мой черед успокаивать мужа.

— Знаю, – шумно выдохнул он, потеревшись носом о мою скулу и прижимаясь лбом к моему. – Но лишние гарантии не помешают, – хрипло рассмеялся он.

— Я люблю тебя, Петя. И даже не могу представить свою жизнь без тебя, – прижалась к его теплым губам.

— Прости, Нат. Просто ты мое все.

— А ты мое, – улыбалась.

— До сих пор не верю, что ты со мной и ежедневно делаешь меня самым счастливым.

— Это взаимно, – прижалась плотнее к нему, вжимаясь в мускулистый торс.

— И ты не должна бояться делиться со мной своими переживаниями, хорошо? Если ты в чем-то не уверена или тебя что-то беспокоит, просто скажи мне. Не держи в себе. Мне страшно, что однажды ты замкнешься в себе, заберешь Костика и исчезнешь.

— Я так ни за что не поступлю с тобой. Ты мой мир.

— А ты – мой, – выдохнул Петя, целуя меня медленно, проникая в мой рот языком. Мурашки осыпали кожу, а возбуждение осело тяжестью внизу живота. – Чертовка, дразнишься, – оторвался от меня Державин. – Надо ехать, а то опоздаем к маминому рейсу.

— Мама поймет. Тем более ты приготовил такие радостные вести для любимой тещи!

— Не тещи, а мамы, – муж оскорблялся, если я даже в шутку называла свою маму тещей.

С момента их знакомства между Петей и мамой появилась такая связь, что, увидев их вдвоем, никто не верит, что Петя всего лишь зять, а не кровный мамин сын. Ему требовалось материнское тепло, а в маме было столько любви, что она с радостью делилась ею не только с нами, но и с детьми дяди Толи.

— Значит, у нас будет еще ребенок, – я взглянула в его потемневшие глаза, привыкая к этой мысли.

— Ребенок! И пусть это будет девочка! – Петя сиял, явно не испытывая никакого страха перед тем, чтобы во второй раз стать отцом. И, глядя на него, я, как и всегда в нашей совместной жизни, успокаивалась. – Спасибо, родная! – поцеловал он меня еще раз в губы. – О большем я и мечтать не мог!

— Значит, остановимся на двоих? – усмехнулась я.

— Как знать, – загадочно улыбнулся блондин. – Как знать.

Только хотела возразить, но Костику надоело стоять на месте, и он начал капризничать.

— Кажется, Константин Петрович против, – усмехнулась я.

— А это не ему решать, – чмокнул в губы меня и, перегнувшись через мои ноги, поцеловал сына в лоб. – Люблю вас больше жизни! А теперь поехали за бабушкой!

Через девять месяцев у нас родилась маленькая девочка, и тоже абсолютная копия отца, вызывая у меня желание родить ему еще парочку таких же копий. Я так сильно любила Державина, что мне хотелось видеть его в наших детях и внуках.

И пусть после рождения дочки Леночки мне пришлось на время забыть о работе, это никак не испортило наших отношений, наоборот, сделав их крепче, трепетнее.

Единственное, о чем Петя никогда не узнает, это то, как каждый день я благодарила Всевышнего за то, что он наделил блондина настойчивостью и упертостью. Ведь если бы не эти качества, то он не успел бы на мой поезд, и, возможно на этом наша история закончилась.

Но в тот день она лишь начиналась. И впереди у нас долгий и длинный совместный путь в любви, согласии и радости.

КОНЕЦ