Книга Опорочить чемпионку, страница 72 – Юлия Герман

Он открывает дверь и пропускает меня в просторную светлую студию. Здесь минимальное количество мебели. Только кухонный гарнитур, стол с диваном и кровать, расположившаяся по центру стены.

— Проходи, — Мик помогает мне снять куртку и, только дождавшись, пока я пройду в комнату, разувается сам.

Тишина в студии кажется оглушающей. Я стою посреди почти пустого пространства и чувствую, как его взгляд прожигает мне спину. Щелчок замка за моей спиной отрезает внешний мир. Остаемся только мы и эта звенящая пустота.

Мик проходит мимо к кухонному острову, его движения какие-то скованные, не такие развязные, как всегда.

— Не удивляйся этому, — взмахивает рукой на квартиру. — Я тут почти не живу. В основном у родителей.

— Ничего, — выдавливаю я, и мой голос звучит слишком громко.

Я обхватываю себя руками, хотя в комнате тепло. Слишком откровенно смотрит на нас та самая кровать, поставленная по центру стены. Будто она единственно важный элемент этой студии и ее хозяин появляется здесь для ее использования… Вот и сегодня он привез меня сюда, потому что планирует разложить на ней.

Мик распахивает холодильник. Внутри горит одинокая лампочка.

— Хочешь выпить чего-нибудь? — спрашивает он, заглядывая на полку. — Есть вино, шампанское, виски...

— Воды, пожалуйста, — отвечаю я слишком быстро. Алкоголь сейчас — последнее, что мне нужно. В голове и так каша из вины, желания и этого дикого, животного страха.

Он кивает, достает две бутылки, протягивает одну мне. Наши пальцы соприкасаются, и знакомый разряд тока бьет под кожу. Я вздрагиваю. Он задерживает взгляд на моей руке, прежде чем отпустить бутылку.

— Спасибо, — шепчу я, откручивая крышку. Ледяная влага немного прочищает сознание.

Мик отпивает из своей бутылки, не сводя с меня пристального, напряженного взгляда.

От того, как он смотрит на меня, внутри разливается паника вперемешку с внутренним жаром, который не дает мне покоя с прошлого вечера.

Гордеев ставит бутылку на столешницу с глухим стуком. Звук гулко отдаётся в пустой комнате. Он поворачивается ко мне. Его глаза кажутся беспросветно черными, будто его зрачки полностью поглотили радужку.

Он больше не усмехается и вообще кажется непривычно сосредоточенным. Больше никаких игр. Только та же голая, жадная напряженность, что скручивает органы в моем животе в узлы.

Он не говорит ни слова.

Просто смотрит. И этого взгляда достаточно, чтобы сердцебиение максимально ускорилось.

Мне тоже нечего сказать. Все слова остались там, за порогом. Все мысли сгорели.

Мик делает шаг. Еще один. Теперь он так близко, что я чувствую тепло его тела сквозь тонкую ткань моего худи. Чувствую его дыхание.

Он медленно поднимает руку, и его пальцы касаются моей щеки. Немного шершавые и слегка прохладные от бутылки. Я закрываю глаза, прижимаюсь к его ладони. Вздыхаю. И этот звук словно моя полная капитуляция.

— Ари, — мое имя из его уст звучит как предупреждение.

Дальше он ничего не говорит, и этого больше чем достаточно.

Мик притягивает меня к себе. Руки обвивают мою талию, прижимают так сильно, что кости ноют. Я вжимаюсь в него, цепляясь за его футболку, и тону в его запахе — кожи, парфюма и порока.

Он трется щекой о мою, оставляя на скуле поцелуй, и его губы находят мои.

Нежное скольжение губ, и наши языки сплетаются. Медленный поцелуй становится все глубже, все настойчивее и голоднее. Мик целует меня с той самой жадностью, отчаянной силой, что копилась все эти недели.