Книга Опорочить чемпионку, страница 74 – Юлия Герман

— Да, — шепчу я, сама не зная, отвечаю ли на его безмолвный посыл или даю команду себе. — Да. Сними их.

Гордеев снова встает на колени между моих ног, скользя горящим взглядом по моему практически обнаженному телу. Я инстинктивно хочу прикрыться, но перебарываю этот порыв, позволяя пламени в его взоре разгореться сильнее.

Ремень со звонким щелчком расстегивается. Внезапно для самой себя я сажусь, помогая ему разделаться с пуговицей, потому что не в силах терпеть его отсутствие так долго. Между ног уже давно мокро и липко. Как только мои пальцы сталкиваются с его, он убирает свои руки, позволяя мне разобраться с этой проблемой, а сам целует меня, снова, пьяняще. Так, что я даже забываю о своем задании.

Но когда длинные пальцы накрывают мой лобок, то заканчиваю с ширинкой. Мик обхватывает мое запястье и накрывает свою эрекцию, торчащую из-под приспущенных боксеров.

Я замираю, почувствовав нежную обнаженную кожу.

— Сожми его, — шепчет Гордеев мне в губы, отодвигая второй рукой трусики в сторону и касаясь клитора. — Блядь! Какая ты мокрая, — вылизывает мой рот.

А я, словно под гипнозом, сжимаю пальцы вокруг его внушительной эрекции, сплетаясь с его языком, обмениваясь с ним запахом и вкусом. Мик двигает моей рукой по своему стволу, показывая, каким должно быть нажатие, и, только когда я улавливаю ритм, убирает свою руку, перемещая ее на грудь.

То, что происходит, похоже на безумие. Он массирует мой клитор так, что я начинаю стонать ему в рот, порой даже забывая двигать по его эрекции. А то, что вытворяют наши рты, — это что-то нецензурное. Слишком пошлое и развратное. Потому что он трахает мой рот языком, а я в ответ сосу его, имитируя оральный секс.

И лишь когда я сжимаюсь от резкой вспышки, прокатившейся по всему телу судорогой, Мик опускает меня на спину. Я еще отхожу от оргазма, когда слышу бряцание пряжки, шелест фольги.

Гордеев нависает надо мной. Длинная челка растрепалась, свисая сверху, синие глаза заполнила радужка, превращая его взор во взгляд безумца. Он наклоняется, целуя меня в губы, и резко заполняет собой. Я распахиваю веки, от распирания. Но Мик дает мне лишь одно мгновение, чтобы привыкнуть, а затем начинает двигаться, сначала не спеша, затем выпады бедрами становятся смелее, с оттяжкой.

Гордеев нависает надо мной, опираясь на предплечья, и я вижу пролегающую между его бровями складку, блестящие у него на лбу капельки пота. Я не могу сдерживать стоны. Мне… приятно. Безумно приятно. И я хочу его чувствовать в себе глубже, резче.

С каждым толчком ритм ускоряется, напряжение нарастает. Руки Мика сплетаются с моими над головой, его дыхание смешивается с моим. Я перестаю понимать, где заканчиваюсь я и начинается он.

Я обвиваю его бедра ногами, притягивая ближе, глубже, желая стереть все границы. Его движения ускоряются, в то время как напряжение внизу моего живота растет. И когда Мик перестает осторожничать, ускоряясь, то мое тело прошивает острым наслаждением. Я выгибаюсь дугой с каким-то странным звуком, и кажется, что в глазах меркнет свет, окрашивая темноту яркими вспышками.

Гордеев, ускоряется, стараясь догнать свое наслаждение. Проходит немного времени, когда он наконец-то замирает и с глухим стоном прячет лицо в изгибе моей шеи, выплескивая удовольствие в презерватив.