Книга Папа в подарок, или Шанс на новую жизнь, страница 72 – Алекса Гранд

Ее справедливые, в общем-то, обвинения повисают между нами обрубками фраз и заставляют меня вытолкать невнятное.

— Прости, что не был с тобой рядом в этот момент.

Я не собираюсь оправдываться перед ней за то, что не взял ее к Багировым. В конце концов, это она настроила против себя и Богдана, и его Камиллу, с которой ладят все вокруг. Поэтому просто молчу, уставившись в одну точку на стене — чуть выше Диляриной головы.

В ответ на это Диляра тоненько всхлипывает и меняет тактику, понимая, что большего от меня не добиться.

— Гордей, я тут подумала, — нерешительно мнется она и вываливает то, что я не ожидаю от нее услышать. — Раз уж у нас не получилось традиционным способом, давай попробуем ЭКО? Пройдем все необходимые анализы, будем соблюдать рекомендации и родим крепкого здорового сына.

С энтузиазмом перечисляет Диля, а я впадаю в ступор. Ирония происходящего заключается в том, что до возвращения Ники в мою жизнь именно я настаивал на ребенке и таскал Диляру по многочисленным клиникам. Не находил изъяна ни в себе, ни в ней, бесился и продолжал наматывать круги от одного кабинета к другому, от одного светила отечественной медицины к другому.

Только вот теперь мне это больше не нужно. Не актуально. Бессмысленно. Незачем.

— Давай не будем торопиться. У тебя впереди длительная реабилитация. Операция была сложной.

— Несколько месяцев пролетят незаметно, если я буду жить этой мечтой. А потом…

— Потом…

И только я собираюсь сказать Диляре, что никакого «потом» нам с ней не светит, как приоткрывается дверь, и внутрь просачивается медсестра.

— Часы для посещения истекли. Пациентке нужно поставить капельницу.

Заявляет безапелляционно эта служительница Панацеи, а жестокие слова прилипают к языку и вызывают чувство острого неудовлетворения.

Ника

С отъездом Гордея в офисе отчего-то сразу становится холодно и неуютно. Мерно гудит процессор, стрелка настенных часов отщелкивает секунды, а я кутаюсь в пиджак и кусаю губы.

Сама не заметила, как пристрастилась к присутствию Северского в моей жизни. Привыкла к его ненавязчивому, но такому необходимому вниманию. Подсела на мимолетные невесомые касания и красноречивые жесты. Втюрилась, в общем.

Катастрофически и необратимо.

А теперь безумно по нему скучаю. Малюю что-то абстрактное на клочке бумаги и рисую в воображении картинки его вчерашнего визита. Как бережно он вытаскивал шпильки из моих волос. Как прижимался носом к щеке и выдыхал шумно. Как умело разминал затекшую шею.

В своих непозволительных фантазиях я захожу слишком далеко и резко выныриваю из гипнотического марева, когда распахивается входная дверь, и на пороге появляется не кто иной, как Марк.

Он шутливо мне салютует, сбивает с ботинок на рифленой подошве снег и улыбается своей фирменной улыбкой, от которой девчонки наверняка начинают таять и превращаются в ванильные лужицы.

Правда, на меня его обаяние не действует. Мое сердце, к счастью, занято другим мужчиной.

— Привет, красавица. Сделаешь кофе?

— Здравствуй, Марк. Если ты к Гордею, то он уехал.

— Но обещал вернуться?

— Ближе к вечеру, да.

— Ничего, я подожду. Вопрос не терпит отлагательств.

— Ты похитил президента, потребовал за него выкуп, и теперь тебе нужен адвокат, который тебя отмажет?

— Мне нужен грамотный специалист по разделу совместно нажитого имущества.