Книга Дочь для магната. Подари мне новую жизнь, страница 85 – Алекса Гранд

— Притормози, Гроза. Дмитрий нам сейчас объяснит, на каком основании Дина Алексеевна была доставлена в отделение. Да, Дмитрий?

Тишина. Звенящая. Оглушающая.

— И протокол задержания имеется? Так вот же он. Не заполнен? По какой причине?

Молчание. Многозначительное. Гробовое.

— Что ж, если у служителей правопорядка нет к нам претензий, я так понимаю, мы можем быть свободны?

Высекает сухо Гордей, а Арский багровеет так, что я не удивлюсь, если его хватит сердечный приступ.

Он срывается позже. Когда за нами закрывается дверь. Орет так, что трясутся стекла, и грозит снять с кого-то погоны.

А нас на улице ждет толпа гомонящей прессы.

Роман

— Дина Алексеевна, поделитесь, почему вас задержали?

— Вам предъявлено обвинение?

— Роман Всеволодович, вы можете как-то прокомментировать информацию о том, что у вас с Диной Алексеевной есть общая дочь?

— Это правда?

— Вы будете подавать жалобу на действия сотрудников правоохранительных органов?

Кольцо вокруг нас сжимается все плотнее. Дина льнет ко мне в поисках поддержки, а я набираю полные легкие воздуха и кидаю в котел интереса журналистов ее брата.

— На все вопросы вам ответит Гордей Алексеевич. А нам нужно ехать. Извините.

Ровно на миг корреспонденты замолкают, а я пользуюсь их секундным замешательством, цепляю Льдинку за локоть и увожу подальше от эпицентра страстей.

Сейчас там разгорится самая настоящая вакханалия, а им с Марусей достаточно стресса на сегодня.

— Дыши, Дина. Дыши. Все позади.

Сначала я усаживаю малышку в кресло, а потом помогаю Льдинке разместиться на пассажирском сидении. Укутываю ее в свое пальто и внимательно осматриваю.

Ее зрачки расширены, руки дрожат. И, кажется, она совсем заледенела, так бледна ее кожа.

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Прости, что не смог защитить.

Я легонько стискиваю ее холодные пальцы, и медленно отъезжаю от серого здания, в котором скоро будут лететь головы, погоны, перья и пух. Дина же сжимает мои пальцы в ответ и тихо произносит.

— Ты ни в чем не виноват, Ром. Никто не виноват. Кроме Димы. Нужно быть абсолютным психопатом, чтобы впутать в эти игры ребенка.

— Я должен был все просчитать. Предусмотреть последствия. Принять меры.

Говорю я убежденно и корю себя за то, что Льдинке с Марусей пришлось пережить. Да я и сам чуть не поседел, пока выдергивал Северского из зала суда и гнал в отделение на бешеной скорости.

Вспоминаю, как прессовал молоденького летеху с пушком над губой, как чуть не вмазал мерзкому капитану перед дверью кабинета, куда определили Дину, и невольно морщусь.

Да, все они получат по заслугам. Но нет никакой гарантии, что Арский вдруг угомонится и перестанет нам гадить.

Поэтому мне определенно нужны рычаги, чтобы его приструнить.

Думаю об этом, входя в очередной поворот, и краем глаза кошусь на загорающийся дисплей.

Звонит Шахов.

— Ну что там у вас, брат? Спас свою принцессу из заточения? — интересуется друг шутливым тоном, но в его голосе сквозит искреннее беспокойство.

Вот уж кто всегда надежно прикрывал мои тылы.

— Спас.

— Отлично. В офис тебя ждать?

— Нет. Точно не сегодня. Хочу забуриться домой и не контактировать с внешним миром.

— А с Ольховским что делать?

— Скажи, что нам нужны сутки на принятия решения. На завтра встречу назначь.