Книга Одержимость Старшего, страница 86 – Яра Бах

А мне было смешно. Они такие поверхностные. Эмоции слишком очевидны, а запах страха даже возбуждал. В этот момент я сменила роль, теперь жертвы — они, а я смотрю на них с позиции хищника.

По каналу связи я ощущала его торжество — и моё собственное облегчение. Мы справились.

Вечер тянулся долго.

Гости подходили, жали руку Адриану, делали мне неуклюжие комплименты. Я кивала, улыбалась, старалась выглядеть вежливой. Но батарейка садилась, усталость накрывала плотным одеялом.

— Ваше платье прекрасно, — сказала мне жена одного старейшины, с трудом скрывая зависть.

— Благодарю, — ответила я.

— Говорят, вы убили Марка, — добавила она тихо, почти шёпотом.

— Марка убил его отец, — ответила я ровно. — Я всего лишь защищалась.

Она отшатнулась, и я поняла, что сплетни разойдутся ещё быстрее, как верховой пожар в сухом лесу. Но мне было всё равно.

Я чувствовала его руку на своей талии, его тепло, его поддержку. И этого было достаточно.

Выпроводив последнего, я скинула туфли, выдохнула и потянулась к молнии на платье.

— Не надо, — сказал Адриан, перехватывая мои руки.

— Адриан, я устала, — простонала я. — Это платье прекрасно, но оно душит меня.

— Можешь потерпеть немного?

Он подхватил меня, унёс в кабинет и усадил на край своего письменного стола. Я охнула от непредсказуемости его решений. Он стоял между моих ног, смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах горело то, что я уже научилась узнавать.

— Помнишь, — сказал он тихо, — однажды в моём кабинете мы так и не дошли до удовольствия?

Я вспомнила. Ту ночь в особняке, когда я пришла к нему в короткой сорочке, а он прижал меня к столу, и всё закончилось ничем, потому что я испугалась.

— Тогда я боялась, — прошептала я.

— А теперь?

Вместо ответа я сама потянулась к нему.

Он поднял край моего платья — медленно, дразня, оглаживая бёдра, сжимая пальцами ягодицы. Я выгнулась, чувствуя, как его дыхание становится тяжелее.

— А теперь я хочу тебя, — сказала я.

Он отодвинул тонкую ткань трусиков в сторону и вошёл резко, одним движением. Я вскрикнула — от неожиданности, от удовольствия, от того, как расслабляюще это ощущалось. Его пальцы впились в мои бёдра, притягивая ближе, и он двигался — глубоко, сильно, не давая опомниться.

— Ты моя, — рычал он. — Моя жена. Моя истинная. Моя.

Я обхватила его ногами, прижимая к себе, целовала его шею, плечи, губы. Он стонал — тихо, сдавленно, и по нашей связи хлестала такая жаркая волна, что у меня темнело в глазах.

— Не останавливайся, — прошептала я. — Пожалуйста.

Мы кончили одновременно — я с криком, он с рыком, впившись пальцами в столешницу. Я чувствовала, как он пульсирует внутри меня, как его тело дрожит от напряжения, как его сердце бьётся в такт с моим.

Потом он убрал волосы с моего лица, поцеловал в лоб.

— Ты справилась сегодня, — сказал он. — Я горжусь тобой.

Я улыбнулась, прижимаясь к нему. Платье было безнадёжно помято, макияж размазан, волосы растрёпаны. Но я чувствовала себя прекрасной. Самой прекрасной в мире.

Потому что он был рядом.

Весь следующий день мы просидели дома.

Я разбирала покупки, настраивала ноутбук, переписывалась с Сэмом по рабочим вопросам, утрясая график Адриана на следующую неделю. Муж сидел за своим столом, читал отчёты, подписывал документы.

Иногда я ловила на себе его взгляд — и мы улыбались друг другу. Я заливалась красным, почему его взгляд до сих пор так смущал?