Книга Игра в невидимку, страница 121 – Альва Морис

— Адриан, ты должен освободить руки, – напомнил Мин, будто строгий учитель двоечнику. – Чейз начинает терять контроль, а значит… Скоро все будет кончено.

«Я тут был немного занят, пока Хейз выбивал из меня дух».

— Простите, детектив Ларсен. – Чейз отвернулся, опустив глаза в пол, будто ему и правда было жаль. – Я не должен был выходить из себя.

— Не переживай, все равно бьешь как девчонка. – Я демонстративно сплюнул ему под ноги, выпрямившись. На деле же просто занимал более удобную позицию, чтобы продолжить резать веревку.

— Все же я зря назвал вас скучным, мистер Ларсен. Признаться, еще с дела Торнхилла я был заинтригован столь неоднозначной личностью: частный детектив, раскрывший дело с тремя трупами богачей и взявший под крыло главную подозреваемую. Вы просто ходячий заголовок для желтой прессы.

— А ты – пособие по клинической психопатии, но давай не будем вешать ярлыки.

Я невольно польстил Хейзу, это было видно по тому, как он вытянулся, пытаясь казаться больше, чем он есть. Такая банальная демонстрация родом еще с палеозоя.

— Вы и правда неплохо разбираетесь в преступниках, детектив, но слегка промахнулись с первой жертвой. Ею была не Кейли, а Тим Дженкинс, он часто задирал меня в школе. Я избил парня его же битой, а потом забрал его кроссовки. Он не умер, даже в полицию не стал обращаться, просто типичный неудачник. Но он дал мне понять, что, если выбрать правильное место и время, можно уничтожить кого угодно. Даже вас, мистер Ларсен.

— Выходит, первым был задира из школы, которого ты поставил на место, а затем Кейли – как воплощение всех этих отвергнувших тебя девушек, да?

— Кейли была потаскухой! – вдруг передернулся всем телом Хейз. Его кривое лицо перекосило так, что на миг показалось, будто его хватил удар. Я прошелся по больному. Ублюдку понадобился не один цикл дыхания, чтобы более-менее прийти в себя.

— Конечно, они все потаскухи, – подтвердил я, усиленно пиля веревку. – Недоступные, надменные, не дающие тебе потаскухи. Поэтому их надо обездвижить, сделать вещами, только тогда они станут послушными.

Я прекрасно знал, как работают мозги этих уродов: на удивление, у всех и каждого, кто проявлял подобное насилие к женщинам, – одинаково. Вечная борьба желания обладать и страха быть отвергнутым. Трупы отвергнуть не могут. Отвратительная и извращенная сторона секса.

— Ты только делаешь вид, что знаешь! – рыкнул Чейз, окончательно выходя из себя. – А сам просто начитался своих гребаных книжек!

Это была последняя капля. Разговоры остались позади, Хейз больше не мог выносить унижений. Он хотел убивать.

— Расследование почти завершено, Адриан, – шепнул Мин. – Остался последний вопрос: кто окажется быстрее?

Каждое движение Чейза предсказуемо: он бил так, как бьют только слабаки и трусы, без какой-либо подготовки и ожидания, что жертва может вдруг оказаться вовсе и не жертвой. Мозг работал не в полную силу, но тело реагировало на инстинктах – когда рука Хейза взметнулась к моему горлу в попытке вонзить шприц, я резко ударил по предплечьям, лишая убийцу единственного оружия. В глазах Хейза застыл ужас – я был на полторы головы выше него и куда сильнее физически, такие подонки чуют, когда преимущество не на их стороне. А его преимущество валялось у моих ботинок.