Книга Игра в невидимку, страница 112 – Альва Морис

— И сколько совпадений было по маркерам?

— Экспертиза показала двенадцать совпадений из шестнадцати. – Она ответила, но уже без былой уверенности.

— Звучит как семидесятипятипроцентное совпадение. Верно? – осведомленность Хейза напрягала.

— При анализе ДНК важно сравнивать наибольшее количество маркеров, чтобы определить вероятность совпадения, – спокойно пояснила Ким, но я заметил, как она сцепила пальцы, чтобы не дрожали руки. – Каждый из этих маркеров содержит пары аллелей, и чем больше совпадений, тем выше достоверность результата. В нашем случае часть цепочек была разрушена – биоматериал оказался загрязнен и частично деградировал из-за внешних условий. Поэтому нет, это не семьдесят пять процентов, а порядка шестидесяти девяти, и даже эти данные не исключают вас из числа подозреваемых.

— Очень любопытно, мисс Новак. – Вторая половинка рта Хейза также съехала вверх, но это не сделало лицо более гармоничным, скорее хищным. – В образце спермы с предоставленного фото эксперт из независимой лаборатории также установил двенадцать совпадений из шестнадцати, но только не со мной, а с детективом Ларсеном. Поэтому задам свой последний вопрос: какие отношения вас связывают с детективом?

— Мы работаем вместе, – пролязгала Ким, глядя прямо ему в лицо. Сальные глазки Чейза недобро сверкнули, отражая пару желтых ламп.

— А связывали раньше?

— Мы работали вместе. – Новый, отчаянный взмах скальпеля в попытке защититься.

Я перестал дышать.

— Хорошо, мисс Новак, я переформулирую свой вопрос, чтобы было понятнее: вступали ли вы когда-либо в интимные отношения с детективом Ларсеном?

Мое сердце ухнуло вниз и там осталось. Две пары черных глаз, Ким и Мина, смотрели на меня через весь зал, одни – с мольбой, вторые – с укором, а я ничего не мог поделать, чтобы хоть как-то остановить идущий на нас каток.

Ким бросилась под колеса:

— Да.

— Вопросов больше не имею.

Дверца ударилась о плитку с глухим треском – металл, гулко дрогнув, оставил на белом кафеле темный скол. Я влетел в уборную, едва различая людей и предметы – зрение на периферии размыло к чертям. Опершись руками о раковину, я сжал край, пока не затрещал пластик. Из мутного зеркала на меня смотрело кривое отражение – уставшее, взбешенное и полное ненависти. Внутри все перемешалось в такую же кашу, вызвав тошноту.

Чейз сделал ровно то, чего я от него ждал: превратил суд в фарс. Но не думал, что ударит так точно. Всего один вопрос. Один.

«Вступали ли вы когда-либо в интимные отношения с детективом Ларсеном?»

И присяжным уже не нужен был приговор. Они его вынесли в ту секунду, когда Ким ответила «да». Детали никого не интересовали – слабые уточнения, что те самые отношения начались и закончились задолго до открытия дела Невидимки, задолго до их отношений с Мином. Им хватило одного слова, чтобы расставить всех по своим местам:

Ревнивый любовник.

Жертва.

Подставленный журналист.

Простое и логичное объяснение, а потому – верное. Кому нужна уродливая правда, когда ложь удобно порезана на кусочки и красиво подана? Разумеется, подобная сказка сгодится не для всех, но этого и не требуется. Достаточно лишь пары сомневающихся, и обвинительный приговор осыплется песком, прежде чем судья успеет поднять молоток.