Книга Самая милая пара, страница 119 – Мэри Кубика

Оставляю Лили у окна и иду искать информацию в интернете. Пока ничего нет. Придется ждать, а это та еще пытка. Терпеть не могу ждать. Мне нужно знать сейчас.

В конце концов удается уговорить Лили отойти от окна, хотя это требует немалых усилий. Вечер проходит в нервном ожидании. Я не могу усидеть на месте. Постоянно вскакиваю, начинаю ходить по дому. Каждый раз, когда слышу шум машины на улице, мне кажется, что это полиция – за мной или за Лили. Я подхожу к окну и стою в темноте прихожей, наблюдая за мелькающими между деревьями фарами. Я задерживаю дыхание, когда они приближаются, будто они сейчас остановятся у нашего дома. Но машины проезжают мимо, останавливаются у других домов, и я чувствую, как спадает напряжение. Я делаю вдох. Возвращаюсь к Лили, но при следующем звуке мотора снова бегу к окну.

Я делаю все, чтобы отвлечься. Готовлю ужин, который никому из нас не нужен, потом остервенело мою посуду, вымещая всю тревогу на сковородке.

Если мы и говорим что-то, то только для самоуспокоения.

— То, что Джим Брэди видел тебя в Лэнгли-Вудс, еще ничего не значит. Это ничего не доказывает. Ты защищалась. В таких случаях уголовной ответственности не бывает. Мы найдем хорошего адвоката. Лучшего.

В основном говорю я. Глаза у Лили стеклянные, пустые, кожа бледная. Я пытаюсь уговорить ее хоть что-нибудь съесть – хотя бы крекеры, – но она отказывается. Даю ей стакан воды. Она берет его, благодарит, но ставит на стол и не притрагивается.

В какой-то момент я говорю:

— Скажу, что это был я, Лили. То, что Джим Брэди не видел меня, не значит, что меня там не было. Мы вместе в этой истории, помнишь? Как Бонни и Клайд.

Я пытаюсь рассмешить ее, но безуспешно. Она молча кивает, и я не понимаю, соглашается ли она с тем, что мы вместе, или с тем, что я беру вину на себя.

Заставляю себя сесть рядом с Лили на диван. Мы пялимся в телевизор, ожидая новостей. И вот они начинаются. Первый сюжет – об опознании тела, найденного в Лэнгли-Вудс.

Мой взгляд падает на руки Лили. Она расковыривает пальцы, и один из них уже кровоточит. Я беру ее ладонь – холодная как лед. Сжимаю между своими, пытаюсь согреть.

Этот момент напоминает мне фильм об апокалипсисе. Астероид вот-вот столкнется с Землей, и мы знаем, что умрем. Это неизбежно. Вопрос времени.

На экране показывают фото Джейка – должно быть, его предоставила Нина. Я представляю, как она листает галерею в телефоне, выбирает снимок и передает полиции. Впервые я задумываюсь о Нине и о том, что она сейчас переживает. До этого я думал только о нас с Лили. Представляю, как Нине на работе сообщают, что Джейк мертв, и к горлу подступает ком.

На фото Джейк на лодке. Вокруг – голубое озеро. Он выглядит таким беззаботным, добродушным. Мне трудно сопоставить это лицо, эту широкую улыбку с тем безумным, злым человеком, который напал на Лили в лесу.

Как будто два разных человека.

Камера переключается на репортера на парковке Лэнгли-Вудс. Уже ночь. Вокруг темно, но в свете софитов за ее спиной виднеются деревья.

— Тело опознали как тридцатидевятилетнего Джейкоба Хейза, местного нейрохирурга, – говорит репортер. – Доктор Хейз был найден мертвым вчера утром с огнестрельным ранением в голову…

У меня перехватывает дыхание. Все вокруг, кроме лица репортера, расплывается. Я вижу только ее.