Книга Владычица Авалона, страница 79 – Мэрион Зиммер Брэдли

День выдался погожий и ясный. Сквозь завесу зеленых веток, из которых соорудили шалаш, чтобы защитить молодых от любопытных глаз, Гавен глядел с вершины Тора на лоскутное одеяло из озер, лесов и полей, залитое рассветным солнцем Белтайна. Юноша не сомневался, что день показался бы ему не менее прекрасным, даже не будь он так счастлив. Да, все тело его ныло в непривычных местах; да, контуры его новых татуировок зарубцевались и отзывались болью, стоило напрячь мускулы под ними, но это все были сущие пустяки, их и не замечаешь рядом с удивительным ощущением счастья, что поет в крови.

— Повернись-ка, я тебе спину потру, – велел Амбиос, плеснув воды на тряпицу. По другую сторону перегородки, где омовение совершала Шианна, зазвенел нежный девичий смех.

— Спасибо, – поблагодарил Гавен. Да, любого новопосвященного окружали заботой, но благоговейная почтительность Амбиоса застала его врасплох. Неужто так будет всегда? Почувствовать себя королем в исступлении ритуального восторга – дело одно; но теперь юноша спрашивал себя, а каково это – нести бремя титула изо дня в день.

Предплечья защипало; Гавен окинул взглядом драконов. Кое-что в нем и впрямь изменилось навсегда. Эти татуировки уже никуда не денутся. И Шианна навеки принадлежит ему.

Он торопливо домылся и надел принесенную ему льняную тунику без рукавов, выкрашенную в яркий зеленый цвет и расшитую золотом. Он и вообразить не мог, что в запасах у друидов хранится такая роскошная вещь. Юноша затянул кушак и препоясался мечом. Клинок казался новехоньким – годы и века не оставили на нем своего отпечатка; а вот кожа ножен изветшала и швы местами разошлись. Надо будет распорядиться, чтобы сшили новые, подумал про себя Гавен, выходя из лиственного шалаша.

При виде Шианны он напрочь позабыл о мече. Молодая женщина была одета в платье такого же по-весеннему яркого зеленого цвета, как и его туника; чело ее венчал свежий боярышниковый венок. В солнечном свете ее волосы сияли червонным золотом.

— Владычица… – Гавен поднес к губам протянутую ему руку. «Счастлива ли ты так же, как и я?» – словно бы спрашивал он своим прикосновением.

— Любовь моя… «Еще счастливее», – отвечал ее взгляд. Гавену внезапно отчаянно захотелось, чтобы поскорее настала ночь и они снова остались вдвоем. Сейчас Шианна была просто смертной женщиной, но в его глазах она казалась прекраснее самой Богини, явившейся ему предыдущей ночью.

— Гавен… господин мой… – пролепетала Лизанда. – Мы принесли завтрак.

— Надо бы подкрепиться, – прошептала Шианна. – Внизу готовятся к пиру, но к еде приступят только после того, как в полдень потанцуют вокруг древа.

— Я уже насытился, – промолвил Гавен, ласково сжимая ей руку, – но очень скоро проголодаюсь снова…

Шианна покраснела, рассмеялась и потащила его к столу, где уже расставляли холодное мясо, хлеб и эль.

Но не успели молодые люди приступить к трапезе, как от подножия холма послышались истошные крики.

— Нас уже зовут вниз? – удивилась Шианна. Однако ж голоса звучали не по-праздничному тревожно. Вскоре уже можно было разобрать слова:

— Бегите! Они идут – спасайтесь, прячьтесь!

— Да это Туарим! – воскликнула Лизанда, оглядев склон. – Что же случилось?

Гавен вскочил на ноги – сказалась военная выучка, которая, как ему казалось, осталась в далеком прошлом, – и схватился за рукоять меча. Шианна хотела было что-то сказать, но, встретившись с ним взглядом, прикусила язык, поднялась от стола и встала рядом с юношей.