Книга Владычица Авалона, страница 217 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Если судьбе угодно, чтобы я туда отправилась, уж верно, Грааль обладает силой указать мне путь.

Талиесин склонил голову.

— Все так. Ступай к источнику, обойди его трижды, думая о том месте, куда тебе хотелось бы попасть, и, когда дойдешь до конца третьего круга, окажешься там. Я не могу запретить тебе, но я отправлюсь за тобой следом, если позволишь, чтобы присмотреть за тобой…

Вивиана кивнула; а в следующий миг торжествующее ликование вытеснило все повседневные мысли: девушка взяла в руки Грааль.

Талиесин понимал, что Силы Авалона сохранили свои тайны, ведь Дева, уносящая Грааль из сокровищницы, была уже не Вивианой. Однако сам он сознавал происходящее в достаточной мере: на пути между мирами его захлестывал благоговейный страх. Но вот благоуханные сумерки Авалона сменились запахом гари, и ночная песня сверчков – криками и стонами умирающих.

Воины Белого Дракона напали на Инис Витрин. Несколько окраинных домов уже полыхали огнем. Смуглые жители болот пытались защищать обитель, но саксы расшвыривали их словно малых детей. От скитов, обступивших древнюю церковку, люди с боем отступали через сады монахов и через хлева и сараи, построенные ниже источника.

Дева застыла, глядя сверху вниз на происходящее. Грааль, все еще прикрытый белым полотном, она прижимала к груди; все ее тело словно бы мерцало и переливалось. Из глубин колодезного домика, словно отражение, полыхнул алый отсвет. Но вот кто-то заметил девушку и громко завопил: «Сокровище!» Болотные жители подались назад, но саксы, услыхав заветное слово, кинулись к ней, завывая, словно волки, взявшие след.

Саксы пришли с огнем и мечом. Это только справедливо, если отпор им даст сила Воды, – подумал про себя Талиесин. От душераздирающих воплей его бросало в дрожь, но он твердо, как скала, стоял за спиною Девы, а та спокойно и безмятежно глядела прямо перед собою. И тут – когда бард уже различал отблески пламени на оскаленных зубах вырвавшегося вперед сакса, она сдернула покров с Грааля.

— О, кровавые убийцы, узрите кровь Матери своей! – воскликнула она голосом звонким и чистым и медленно вылила воду, зачерпнутую из источника на Авалоне. – О, алчные души, вот вам сокровище, коего так желали вы – придите же ко Мне!

Талиесину померещилось, будто навстречу саксам хлынула река Света – такая ослепительно-яркая, что он поневоле зажмурился. А саксы, по-видимому, разом ослепли – спотыкаясь, они заметались туда-сюда, крича что-то о сгустившейся тьме. И поток воды захлестнул и поглотил их, и они утонули все до единого.

В последующие дни об этом событии чего только не рассказывали – причем каждый видел что-то свое. Монахи клялись, что им явился сам святой Иосиф – и в руке его огнем пылал фиал с кровью Христа, кою он некогда принес с собою в Британию. Уцелевшие саксы уверяли, будто им явилась сама великая королева Преисподней – за миг до того, как река, опоясывающая мир, вышла из берегов и затопила их. А болотные жители, загадочно улыбаясь, толковали промеж себя о богине священного источника, что снова пришла им на помощь в час нужды.

Наверное, ближе всех к правде подошел Талиесин – когда сообщил Верховной жрице о том, что произошло: он ведь был достаточно мудр, чтобы понимать: слова человеческие способны лишь исказить истину, когда в мире случается нечто недоступное пониманию.