Книга Владычица Авалона, страница 167 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Скорей вынимай шерсть, милая моя, а не то передержишь: слишком темной получится. – Голос Ильдег вернул Диэрну в настоящее. Верховная жрица достала курящийся моток и отнесла его к иве, а Лина пошла за следующими.

Диэрна вдохнула поглубже, прежде чем опустить в краситель новый моток, – от едких испарений кружилась голова, – и осторожно погрузила шерсть в густо-синее море… Сверху слетел палый лист – и неспешными кругами заскользил по поверхности. Жрица попыталась убрать его – и, вскрикнув, выронила черпак. Это был вовсе не лист, а корабль, а вот и еще целая дюжина судов: они то появлялись, то исчезали в клубах пара. Диэрна схватилась за край котла, не чувствуя боли в обожженных ладонях, и нагнулась ниже, отчаянно пытаясь рассмотреть подробности.

Верховная жрица глядела на происходящее с высоты, точно морская птица, что парит над морским сражением. Она различила «Орион» и еще несколько кораблей. И даже если бы она никогда прежде не видела этих судов своими глазами, она бы узнала их по скорости и проворству. А вот и еще корабли – крупнее, тяжелее, неповоротливее – надо думать, римские. Позади них просматривалась протяженная песчаная коса: сражение кипело в огромной гавани, где маневренность бриттских кораблей давала мало преимущества. Как Караузий только позволил загнать себя в такую ловушку? Его давняя битва с армориканским флотом Максимиана стала своего рода проверкой морской выучки, но сейчас, когда один римский корабль за другим брал свою жертву на абордаж, становилось ясно, что в этой битве одержит верх грубая сила, а не искусство кораблевождения.

«Беги! – кричало сердце Диэрны. – Здесь ты не победишь; беги, спасайся!» Жрица наклонялась все ниже, изо всех сил напрягая зрение; в какой-то момент она ясно увидела Караузия с окровавленным мечом в руке. Он посмотрел вверх. Заметил ли он ее? Услышал ли? Затем видение захлестнула алая волна. Море превращалось в кровь! Должно быть, Диэрна закричала: раздались голоса, выкликающие ее имя словно бы с далекого расстояния; ласковые руки оттащили ее от котла.

— Вода покраснела… – прошептала она. – Там кровь…

— Нет, госпожа, – возразила Лина, – краска синяя, это же вайда! Ох, Владычица, ты посмотри на свои руки!

Диэрна охнула: ладони запульсировали болью. Жрицы столпились вокруг нее, принялись перевязывать ожоги, и во всеобщей суматохе никому не пришло в голову спросить, что такое она видела.

На следующее утро Верховная жрица позвала Адвен, велела ей уложить вещи в дорогу, взяла с собой Льюала и одного из младших друидов и приказала болотным жителям отвезти их на ладье сквозь туманы во внешний мир. Никто не осмелился подступиться к ней с расспросами. И в любом случае она предпочла не рассказывать о своем видении, если, конечно, это было истинное Зрение, а не фантазия, порожденная ее страхами. Коль скоро император потерпел поражение, то вернется он в Порт Адурни – либо туда прибудут вести о его гибели. Именно в Порт Адурни ей и надо ехать первым делом. Если Караузий жив, ему понадобится помощь Авалона. Диэрна не могла больше пребывать в неведении.

Ехали они неделю; в пути пришлось нелегко. К тому времени, как маленький отряд добрался до Венты Белгарум, ладони Диэрны зажили, и одна забота сменилась другой. Дурная молва летела как на крыльях; все западные области уже знали, что под Гесориаком произошла кровопролитная битва. Однажды ночью Диэрна долго ворочалась, не в силах уснуть; измученная тревогой, она даже не попыталась искать Караузия на дорогах духа, не зная, жив ли он.