Книга Владычица Авалона, страница 157 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Но господин мой, даже если б ты сидел на лошади крепко, как какой-нибудь сармат, ты все равно не можешь успеть везде! Сила Стены – в людях, но и людям надо что-то защищать! Последним из императоров, у кого дошли руки укрепить Стену, был Север – а с тех пор два поколения сменилось. В здешних краях перестраивать надобно все, а у нас нет средств на подвоз древесины и камня.

— Верно, – кивнул Караузий, – но здесь и населения меньше, и многие строения заброшены. Мы их снесем, а камень пустим на упрочение оставшихся. Так про них и скажут: маленькие, зато удаленькие. – Караузий закусил губу: хирург как раз умащал рану целебной мазью. – Прямо как наша Британия… – быстро докончил император. На лбу его выступила испарина.

Аллект раздосадованно покачал головой.

— Все плохо? – спросил он, когда хирург принялся убирать инструменты. – Последствия скажутся?

Хирург, родом из Египта, уже не первый десяток лет жил вдали от родного солнца, но до сих пор зябко кутался в шарфы и накидки. Он пожал плечами и улыбнулся.

— Силы ему не занимать. Случалось мне обрабатывать раны куда серьезнее, причем пострадавший вскакивал с постели и шел в бой уже на следующий же день.

— Я возьму на себя заботу о больном, – заявила Телери. – Если императрица приказывает, то даже император обязан подчиняться.

Врач кивнул.

— Если он будет лежать спокойно и даст ране зажить, все будет хорошо – только шрам останется.

— Еще один шрам… – недовольно откликнулся Караузий.

— Сам виноват – как можно рисковать своей головой в стычке, когда там за глаза хватило бы прослужившего лет пять командира конного отряда! – сурово отчитал его Аллект.

— Если бы такой командир у нас был, – возразил император. – В том-то и беда. Теперь, когда мы больше не отправляем в Рим собранные налоги, Британия процветает – и становится тем более соблазнительной добычей для хищных волков с моря или с суши. Южным племенам запрещалось носить оружие на протяжении стольких поколений, что ополченцы из них никакие, и в большинстве своем они вообще не хотят покидать свои дома и служить в армии. Мне рассказывали, с той же проблемой столкнулся Рим в первые годы империи.

— И как же эта проблема решилась? – спросила Телери.

— Солдат набирали в недавно покоренных варварских землях: ведь тамошние юнцы еще не успели позабыть о том, что они воины.

— Не думаю, что Диоклетиан позволит тебе набирать рекрутов в своих владениях, – покачал головой Аллект.

— Правда твоя… но где-то найти людей надо… – Караузий умолк и даже не стал возражать, когда врач велел всем остальным выйти и дать больному отдых.

Ох и задаст он всем жару, как только боль поутихнет, подумала про себя Телери. Прикованный к постели Караузий выглядел непривычно беспомощным, и у молодой женщины неожиданно для нее самой болезненно сжалось сердце от жалости к нему.

На протяжении всей зимы, пока заживала рана, Караузий напряженно размышлял о том, как бы ему уравновесить денежные и людские ресурсы. Под его властью и под управлением Аллекта страна процветала и богатела, но пока золото лежит в казне, от него ни толку, ни проку. Деньги нужны для того, чтобы покупать боевую силу. Дикие племена севера – это заклятые враги: жители романизированной Британии их не потерпят, даже если бы и удалось нанять их на службу императору. Караузий понимал, что искать нужно не здесь.