Книга Стражи восемнадцати районов, страница 18 – Антонина Крейн

Люди бросились к дверям. Охрана и администраторы не справлялись. Паника затапливала клуб, в проходах была давка. Одна из зрительниц, чтобы миновать ее, забралась ко мне на сцену и…

…задела тварь, похожую на огромного слизняка. Та мгновенно развернулась к женщине и… проглотила ее. Про-гло-ти-ла.

Целиком. В мгновение ока.

Этого никто не заметил, кроме меня. Все визжали. Все пытались сбежать. Должно быть, часть спринклеров не работала: в зале действительно начинался пожар, валил дым.

— Евгений, вы целы?! – ахнула Ева, организатор вечера, выскакивая из гримерки.

— Не подходите ко мне! – заорал я, как ненормальный, боясь, что ее тоже сожрут.

Она не видела тварей, занявших почти всю сцену. Не знала, в какой она опасности. Ева все же попробовала подбежать, но я рявкнул:

— Все со мной хорошо! УХОДИТЕ!

И она, вздрогнув и метнув на меня испуганный взгляд, на этот раз послушалась.

Но твари уже заинтересовались ей. И, развернувшись, поползли вслед.

«Черт, – думал я. – Черт, черт! Они сожрут ее! Они всехсожрут!»

И тогда, сгорбившись над раненым, но все еще способным издавать звуки роялем, я вновь заиграл.

Безумие.

Безумие, которое сработало: твари тотчас замедлились, будто оказались под водой, а рычащие и чавкающие звуки сменились зачарованными голосами:

— Играй… Играй…

И только когда в зале больше не осталось людей, а снаружи послышались сирены пожарных машин, я упал в обморок.

«У парня нервный срыв на почве чрезвычайной ситуации, – позже решили следовали. – Хотя дело действительно странное: одна зрительница пропала. А в остальном – проблемы с проводкой. Увы, бывает».

* * *

Рассказывая историю, я глядел вниз, на свои руки, в волнении комкающие ткань брюк, и только потом поднял глаза.

Сидящий напротив Феликс смотрел на меня с очень странным выражением лица. На нем проявилось больше эмоций, чем я мог бы ожидать. Во-первых, он явно был изумлен. Во-вторых, казалось, у него в голове велись какие-то многоуровневые подсчеты. Будь мы в сериале, режиссер наверняка бы визуализировал это как огромное количество цифр и схем, возникающих в воздухе. Ну а в-третьих… Мне снова показалось, что он смотрит на меня с горечью, словно на призрак прошлого, – как это было в день нашего знакомства.

— Ты в порядке? – в итоге спросил я, хотя, по идее, это ему бы меня спрашивать, после моей-то исповеди!..

Рыбкин тряхнул головой, словно отгоняя морок. Р-р-раз – и вот передо мной снова сидит лучезарный оболтус-красавчик, в чьих прекрасных голубых глазах плещется нескончаемый оптимизм.

— Женя! – воскликнул Феликс. – Это просто потрясающе!

А потом и вовсе неосмотрительно вскочил на ноги – и тотчас, зашипев от боли, упал обратно на диван.

— Случившееся с тобой ужасно, но твой дар – невероятен, – безапелляционно заявил он. – Я с самого начала знал, что Нонна Никифоровна не подселит ко мне абы кого, но то, что она нашла такогочеловека… – Он, задумавшись, покачал головой: – Ты настоящее сокровище, Евгений Фортунов. Благодаря тебе сегодня ночью мы разберемся с Деворатором.

Я невольно приосанился. Кто из нас не надеется однажды узнать, что он особенный?

— Сокровище,– с нажимом повторил Рыбкин.

Тут уж я смутился и решил слегка перевести тему:

— А Нонна Никифоровна – тоже колдунья?

— Ага, – кивнул Феликс. – И у нее интуиция в отношении одаренных магией людей. Она легко может сказать, колдун человек или нет, просто постояв рядом с ним. Более того, она чувствует магический дар даже в младенцах, у которых он еще не проснулся… Ты давно ее знаешь?