Книга Стражи восемнадцати районов, страница 110 – Антонина Крейн

Повисла тишина. Члены банды нахмурились, многие сжали кулаки.

— Да, – сказал бармен. – Выродки из «Муладхары» застрелили Микки.

— Вы уже ударили в ответ?

— Нет.

Феликс едва заметно выдохнул от облегчения, после чего предложил поговорить подробнее. Бармен кивнул. Свистнул, чтобы его сменили, снял черный фартук и пригласил Рыбкина в дальний угол зала. Тот обернулся и поманил меня за собой. Я шел, а бандиты расступались. Офигеть. Вот это я понимаю, карьерный рост.

Оказалось, бармена звали Кеджи и он был главой «Тигриной Головы».

Феликс и Кеджи начали беседовать на тему происшествия. Я сидел рядом – кто-то притащил мне газировку в стеклянной бутылке, и, ей-небо, потягивая напиток через трубочку, я чувствовал себя ребенком, которого родитель взял на встречу с бизнес-партнерами. Хотя Феликс был старше меня всего на четыре года, а выглядел и вовсе ровесником. Кеджи, как мне кажется, тоже не перешагнул и тридцати лет. Вообще, все в банде «Тигриная Голова» были очень юными.

— Что вы не поделили с «Муладхарой», раз они так демонстративно убили вашего парня? – нахмурился Феликс.

— Да мы давным-давно распределили города и сферы влияния, – процедил Кеджи. – Уже два года сохранялся мир! Так что сейчас эти суки просто ох…

— Я понял, – кивнул Феликс. – То есть, по идее, войны банд не предполагалось?

— До сегодняшнего дня – нет. – Ярость в глазах Кеджи была такой же огненной, как и цвет его волос. – Но сегодня на закате от «Муладхары» не останется и камня на камне, клянусь.

Остальные члены банды занимались своими делами, но я чувствовал напряжение в воздухе. Казалось, каждый готов сейчас же схватиться за оружие и пойти уничтожать врагов.

— Если не хочешь, чтобы пострадали местные жители, Феликс, – в голосе Кеджи рокотало нутро вулкана, – найди способ оцепить окрестности сам знаешь какого бара.

— Давай не будем спешить, Кеджи, – Феликс покачал головой. – В мире случаются странные вещи. Скажи, если окажется, что «Муладхара» не объявляла вам войну – если кто-то подставил их, убив Микки двумя знаковыми выстрелами, – ты откажешься от кровопролития?

Кеджи на какое-то время задумался.

— Так или иначе, я хочу получить голову убийцы, – сказал он в итоге, сложив руки на груди. – Если он не из «Муладхары» – тем лучше. Эти обсосы будут опозорены, если выяснится, что кто-то скопировал их почерк.

— Предположу, что в таком случае онитоже захотят получить голову этого человека, чтобы отомстить, – музыкально протянул Феликс.

— Он убил одного из моих парней, – прорычал Кеджи. – Голова должна быть у меня. Если она станет предметом разногласия – мы все-таки начнем войну банд. Право мести должно достаться «Тигриной Голове». Я не уступлю этим ублюдкам.

Феликс откинулся на спинку дивана.

— А тебя устроит, если голова достанется мне? – протянул он будто бы невзначай.

Я поперхнулся газировкой. Кеджи нахмурился. Какое-то время он молчал, обдумывая это предложение, звучавшее, признаться, крайне самоуверенно.

— Устроит, – наконец сказал он. – Я не хочу войны. Если убийцу постигнет справедливое наказание от Небесных Чертогов – я не против. В конце концов, меня и так называли слишком мягкосердечным.

Феликс улыбнулся, протянул ему ладонь, и красно-оранжевый ответил рукопожатием.

Не успели они подняться из-за стола, как вдруг раздался полный ярости крик – и на верху лестницы появилась девушка. Черноволосая и худая, без «тигриной» куртки, но одетая в цвета банды. Грохоча каблуками, она побежала вниз по ступеням, в глазах ее стояли слезы.