Книга Стражи восемнадцати районов, страница 105 – Антонина Крейн

Несмотря на свой легкий и общительный характер, Рыбкин был настоящим одиночкой. Я оказался первым, с кем он захотел работать в паре.

Именно это, среди прочего, так поражало небожителей и членов Ордена. Мало того что выгляжу как злодей и дар у меня злодейский, так я еще и сумел втереться в доверие колдуну, знаменитому своей независимостью настолько же, насколько могуществом. Но как?!

Я и сам этого не понимал, если честно. Недавно я прямо спросил Феликса: «Почему ты захотел работать со мной?» – на что он ответил, что его впечатлил мой талант. Мол, он слишком грандиозен: это пока осознают немногие, интерпретируют вообще как попало, но у меня есть потенциал для становления не только Повелителем Проклятых, но и великим колдуном Ордена Небесных Чертогов. «А может, ты даже сумеешь занять третье место в рейтинге популярности магов!» – «Почему только третье?..» – «Потому что первые два мы с Клугге тебе не отдадим», – хмыкнул Феликс.

Но мне казалось, что Рыбкин поступился принципами не только из-за моего дара. Иногда он смотрел на меня с непонятной эмоцией – что в день моего переезда, что в моменты, когда я играл на фортепиано… Я надеялся, что однажды узнаю причину. Что Рыбкин добровольно откроет мне ее.

Сейчас он рассказывал про Нину.

— Она по большей части отвечает за коммуникацию, – объяснял он. – Принимает звонки, связывается с теми, чье содействие требуется при защите города, раскрытии преступлений и не только. Как ты мог заметить, сам Клуг не то что бы очень говорлив. Он предпочитает делегировать все, что ему кажется «суетой».

Я посмотрел на худенькую, но ужасно воинственную Нину. И вдруг заметил пистолет в кобуре у нее на поясе. Феликс обратил внимание на мой взгляд и пояснил:

— Не говори при ней ничего плохого о Клугге. Не называй его самовлюбленным придурком, например. А то она прострелит тебе колено и глазом не моргнет. Она его боготворит.

— С чего бы мне называть Клугге придурком?

Как раз в этот момент Нина закончила разговор и обернулась. Кажется, она услышала только пару моих последних слов. Ее желтые, как у кошки, глаза нехорошо сузились, и, клянусь, если бы руки не были заняты, она бы многозначительно положила ладонь на кобуру.

Но в итоге Нина лишь кое-как перехватила зажатый плечом телефон и резко доложила:

— Бассейн в вашем распоряжении. В этой папке – собранная информация и список того, что я успела сделать. При необходимости свяжитесь со мной. Всякий сброд вроде медиков и полицейских я вызову, когда попросите.

Она и впрямь была не слишком-то милой, эта Нина.

— Договорились, – безмятежно улыбнулся Феликс.

Он взял папку, открыл ее и стал внимательно читать. Я попробовал сделать то же самое, но текст был не на русском. И не на английском. Судя по красивой вязи, это было что-то вроде фарси. Если сначала я думал, что только Феликс полиглот, то вскоре заметил, что все обитатели магической стороны Петербурга имеют странную тягу к языкам.

Мне тоже предстоит выучить хотя бы парочку: они требовались для большинства заклинаний.

— Оставляю вас.

Нина достала из внутреннего кармана пиджака ключ и небрежно бросила его Феликсу. После чего промаршировала к выходу из здания.

Рыбкин поблагодарил уже пустоту – двери за девушкой сразу захлопнулись.

— М-да, – вздохнул он. – Если Клугге – благородный пес вроде тех, что рассекают по Ирландии во время Дикой охоты, то Нина – агрессивный шпиц, конкретно помешанный на своем вожаке. Нет, серьезно, будь с ней поосторожнее. Она поехавшая.