Книга Графиня фон Мален, страница 100 – Борис Конофальский

Волков выслушал все это, похлопал товарища по руке, и единственное, что смог ответить, было:

— Как хорошо, Карл, что вы вернулись.

После обеда он снова отправился на реку, мечтая о том, что вот он придет туда, а там… серебро из воды уже вылавливают. И что дно в той лодке уже завалено серебряными слитками, которые «в ладонь длиной, в три пальца шириной и в два толщиной».

Но ничего такого не было. Максимилиан стоял у воды, кричал что-то мужикам, а те из лодки лениво что-то ему отвечали. Зато тут же на берегу он увидал его: Хельмут Майнцер собственной персоной пришел на берег узнать, как вылавливают серебро, про которое он рассказал.

— Сержант, – злорадно произнес Волков, увидав купчишку, – а притащи ко мне вон того мерзавца.

Сержант Хайценггер и еще один гвардеец приволокли к полковнику купца. Тот был немного напуган, чувствовал, что что-то не так.

— Ну и где твоя баржа? Не первый день на берегу сижу, мужики скоро плавать как рыбы научатся, а баржу найти не можем.

— Но была же баржа, – пролепетал Хельмут Майнцер. – Все о том знают.

— Так где она? Укажи место.

Тут купец на секунду задумался, а после и сказал:

— Руди Кольдер, сын золотаря Кольдера, за серебром нырял и сам то серебро доставал. Рыцарь фон Эрлихенген его наградил талером. Он о том хвалился.

— Ваш он, этот Руди Кольдер, из Ламберга? – спросил Волков с надеждой.

— Наш, наш, – кивнул купец.

— Сержант, – велел полковник, – бери купчишку и еще пару людей своих, езжай в Ламберг, найди мне этого Руди Кольдера.

— Да, господин, – ответил сержант. – Сделаю.

Но до вечера сына золотаря так и не отыскали. И, не дожидаясь сумерек, Волков отправился ужинать.

Человек, который многие годы провел в лагерях и ночевал в палатках, по звукам, что доносятся снаружи, сразу поймет, что в лагере неспокойно. Лошади заржали. Волков открыл глаза. Темно. Только ночник горит на сундуке. Солнце еще не встало. А где-то вдалеке застучал барабан. Негромко и расслабленно, словно барабанщик поутру проверяет свой инструмент. Полковник сел на постели, прислушался. Сомнений не было, что-то в лагере происходило, хотя криков «к оружию» и не было. Но звук суеты, сборов, звон железа он слышал отчетливо.

— Гюнтер! – закричал полковник, вставая с постели.

Денщик появляется сразу, как будто за пологом шатра стоял и ждал. И уже нес воду в тазу и свежую одежду господина на локте.

— Я тут, господин.

— Что за шум в лагере? – с тревогой спросил кавалер.

Гюнтер как ни в чем не бывало поставил воду, принялся заправлять перины и раскладывать на краю кровати одежду, а сам в это время рассказывал:

— Полковники Брюнхвальд и Эберст решили провести смотр солдатикам, господин. На заре будут их строить, вот те железки свои и начищают.

— Почему же мне ничего не сказали? – Кавалер успокоился и стал умываться.

— Не могу знать, господин. Они мне не докладывали, – отвечал денщик с едва заметной иронией.

— Умный ты очень, – заметил Волков, беря у него полотенце. – Завтрак не готов еще?

— Какой там, эти мерзавцы кашевары и костров не разводили.

Кавалер оделся и, выйдя из шатра, нос к носу столкнулся с Мильке. Штабс-капитан поклонился.

— С добрым утром, господин полковник.

— Да, и вам доброго утра.

— Полковники наметили смотр поутру, просят вас быть.