Книга Элеонора Августа, страница 80 – Борис Конофальский

— Отворили ворота, там были люди с факелами, не иначе готовили вылазку, так их из секрета сразу заметили, стали стрелять, они в воротах потоптались да так и не решились выйти. Ворота заперли.

— Проверяли нас, значит, – резюмировал кавалер.

— Не иначе, – согласился полковник.

«Ну что ж, проверили вы нас, проверим и мы вас. Пока ответа я не услышу, прикажу начать».

Еще толком не рассвело, еще уставшие саперы засыпали землю в большие корзины, а пушкари таскали от реки ядра и складывали их в пирамиды возле пушек, а он уже был на позиции.

Хмурый невыспавшийся Пруфф что-то буркнул генералу в качестве приветствия.

— Готово все? – спросил генерал у артиллериста.

— Скоро. Жду, когда совсем посветлеет, чтобы узнать, куда они переставили пушки за ночь.

— Надобно начать пораньше. Стену-то уже видно.

— И к чему же это надобно? – бурчал капитан недовольно.

— Для дела, надобно для дела, – настоял Волков.

Пруфф с лицом недовольным, словно делая генералу одолжение, повернулся и крикнул:

— Шмит! Твой лаутшланг готов?

— Да, почти, господин полковник, – откликнулся немолодой уже артиллерист.

— Пальни-ка по стене. Видно тебе ее?

— Да, уже видно.

— Так пали, в верхнюю часть, как раз в середку стены бей. Генерал просит.

— Сделаю, – откликался канонир. – Сколько пороха класть?

— Не жалей, три совка положи.

— Три? – переспросил Шмит. И по тону его Волков понял, что это немало.

— Три, три! – уверенно прокричал капитан. – Бить так бить, а в стену авось не промахнешься.

— Не разорвет? – на всякий случай спросил канонир.

— Будем молить Бога, чтобы не разорвало, – отвечал ему командир. – Пушка вроде не старая.

И пошла у артиллеристов работа. Генерал, глядя на их сноровку, опять удивлялся, как быстро и слаженно все делают эти умелые люди. Вот уже и порох засыпан, чуть не половина большого ведра вышла, вот и пыж утрамбовали накрепко, вот и ядро запеленали в дерюгу, тоже запихнули в ствол. И все это весьма расторопно. А Шмит уже припал к стволу.

— Четыреста двадцать шагов, – сказал он, на миг оглянувшись на капитана.

— Именно, – согласился с ним Пруфф.

— Господа офицеры, отошли бы! – закричал канонир, беря у помощника дымящийся запал.

— Он прав, лучше нам отойти, – сказал Волкову капитан, – пороху и правда немало положено.

Они стали отходить от пушки подальше, а Волков притом думал, что надобно капитану сказать, чтобы порох-то поберег: его немного.

А канонир заорал что есть силы:

— От орудия вон все! – И перекрестился.

И прислуга орудийная, и саперы, которые еще доделывали свои дела, стали разбегаться.

И чуть погодя:

— Палю! – И еще одно крестное знамение – лишним не будет.

Пруфф тоже перекрестился, а другой рукой потянул генерала за себя. Не успел бы Волков сосчитать и до десяти, как бахнул выстрел – такой мощный и резкий, что уши у него заложило, хоть Волков и не рядом с орудием стоял. Стоял он спиной к восходящему солнцу и уже отлично видел стену. А также он хорошо видел вырвавшееся из белого дыма и огня большое тяжелое ядро, которое, разбросав от себя дымящуюся дерюгу, медленно, словно лениво, полетело к стене. И вмазалось в нее ближе к верху, выбив из кирпича серый фонтан кирпичных осколков и пыли.

— Ну… С почином, – произнес капитан Пруфф.

А кавалер его как будто и не услышал, он не отрывал взгляда от стены, все смотрел и смотрел, пока не услышал возгласа одного молодого сапера: