Книга Божьим промыслом, страница 157 – Борис Конофальский

Тут уже господин Хельмут Вайзингер не выдержал и, подбежав к барону, молитвенно сложил руки и произнёс тоненько:

— Господин генерал, умоляю. То товары чужие.

— Что вы пищите? – поморщился Волков. – Ну-ка рассказывайте! Что? Разобрали лежаки, дерево продали, а помещение теперь сдаёте под склады?

Хельмут Вайзингер только вытаращил глаза в ответ, И Волкову было лень с ним общаться. Да и противно. Но разговор нужно было закончить:

— Я с вами возиться не намерен, я вас арестую и под хорошей стражей отправлю вас в Вильбург, а чтобы вам не было скучно в пути, отправлю и этих, – Волков кивнул в сторону двоих помощников проходимца. – Они как увидят калёные щипцы в подвалах замка, они про вас всё и расскажут, – генерал чуть надвинулся на дрожащего Вайзингера, – запоют так, что судебные писцы не будут поспевать за ними. Всё расскажут. Уж и не знаю, что вам присудит фогт за ваши шалости.

— Так вышло… – пролепетал смотритель. – Содержание скудно, приходилось придумывать… Для достойного жития. Как-никак, а я представлял тут Его Высочество.

— Для достойного жития? – Волков смотрит на него с неприязнью: гадкий червь. Когда его офицеры прикарманивали часть казённого серебра при найме солдат, то для него казалось естественным и нормальным: люди собирались идти на войну и там рисковать жизнью; но это выходило за рамки его понимания. Но тут у него в голове мелькнула мысль, что этот пройдоха поможет ему разобраться в городских делах. Барон недолго размышляет, а потом спрашивает: – Наверное, это товары местных купчишек?

— И не только местных и не только купчишек, – сразу отвечает смотритель. – Тут и мастера свой продукт хранят.

— Значит, местных купцов вы знаете? – Волков пошёл дальше по бараку. А Хельмут Вайзингер и Дорфус с лампой шли за ним.

— Знаком, знаком, – кивал смотритель.

— И первых купцов местных гильдий знаете?

— Вот с ними не знаком, – отвечал ему Вайзингер, – крупные купцы с нами не знаются.

— С кем «с нами»? – не понял Волков.

— С людьми Его Высочества, – пояснил смотритель имущества.

— Вот как?! – теперь Волков был удивлён. – Отчего же?

— В Первой Торговой Гильдии половина купцов… – тут Хельмут Вайзингер понизил голос, словно боялся, что его кто-то подслушает, – еретики.

— Ах вот как! – понял генерал.

— А к примеру, в Гильдии Реки, так и вовсе они все. Там праведно верующих вовсе нет, не берут еретики к себе праведных.

— А еретики нас, людей герцога, не жалуют?

— Они даже не жалуют тех, кто с нами знается, – объяснил смотритель. – Люди дурные и заносчивые. А курфюрста считают первым врагом.

— А раз так, то чьи же здесь товары? – уточнил барон.

— А товары те… – Хельмут Вайзингер вздохнул.

— Ну, чего вы вздыхаете, как корова перед отёлом, говорите уже!

— Хомуты, – смотритель указал на связки изделий из кожи. – Они принадлежат Мартину Гуннару Кривобокому. Он председатель Гильдии Тачечников.

— Гильдия Тачечников?

— В городе полно узких улиц, подводам большим там тесно, а развозить товары да отвозить их на пристани…Вот тут тачки и выручают. Гильдия здесь большой вес имеет, – объяснял смотритель. И, опять понизив голос, добавлял: – Иной раз с тачек что и упадёт. Вот сюда мне и привозят на хранение.

— Ах вот как у вас тут дела идут? – Волков внимательно смотрел на ловкого человека. – А вам сюда всё везут, потому что помещение герцога никто обыскивать не будет? А может, вы и ворованное покупали, – генерал опять поморщился. – Это так вы представляли здесь Его Высочество? Храня и скупая ворованное?