Книга Божьим промыслом. Пожары и виселицы, страница 101 – Борис Конофальский

— Мильке! — сказал генерал, явно недовольный тем, что его отрывали от обеда, которого он, возможно, ждал со вчерашнего дня. — Что вам нужно?

Тут Мильке повёл себя ещё глупее, чем вёл до сих пор: он стал шептать Волкову, но при том шептал так громко, что его шёпот принцесса безусловно слышала; капитан говорил:

— Я был за стеной, господин генерал, и мне надобно сообщить вам, что я там увидал.

Барон стал ещё злее и спросил у своего подопечного с заметным раздражением:

— Час или хоть полчаса то, что вы увидели, может подождать?

На что капитан скорчил гримасу невыносимого страдания; кажется, ему до смерти нужно было всё рассказать командиру немедленно.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — произнёс генерал, бросая полотенце для рук на стол и глядя на своего подчинённого с укором: какого дьявола тебе нужно?

— Ступайте, ступайте, барон, — произнесла маркграфиня.

— Мильке, вы совсем осёл? — зло начал Волков, отходя от стола к бочке с пивом. — Вы, что, не видели, что я обедаю с принцессой?

— Господин генерал! — воскликнул капитан, после чего Волков ещё раз взглянул на маркграфиню и оттащил офицера от неё ещё на пару шагов.

— Прекратите орать! Ну, говорите, что вы там нашли?

— Мертвецов! — сразу выпалил капитан.

— Мертвецов? — в общем-то, это не стало для барона уж слишком большой неожиданностью. Генерал понимал, в чьём замке находится и чья одежда сейчас сваливается в телеги. И тут он уточнил: — И много там мертвецов?

— Много, — выдохнул капитан. — Думаю, дюжина. Да нет же, дюжины полторы, и это только рядом со стеной.

Подчинённый был не на шутку взволнован, и поэтому Волков ему на всякий случай напомнил:

— Мильке, вообще-то наше с вами ремесло подразумевает наличие мертвецов рядом с нами. Уж и не догадывался, что вы так впечатлительны на сей счёт.

— Так я понимаю, но на этот раз все мертвецы — бабы, — продолжил офицер, понижая тон.

Тут уже генерал взял его за локоть и вывел из кухни на двор замка; он совсем не хотел, чтобы до принцессы донеслась хоть часть их разговора, ведь, судя по поведению офицера, этот разговор мог быть не очень приятен. И потребовал:

— Ну докладывайте наконец!

— Мы как к той стене лестницу поднесли, — сразу начал Мильке, — так уже поняли, что там что-то дурное. Трупная вонь там, под стеной, была едва выносима. Но я приказал солдату взобраться на стену, но поначалу он ничего не увидал и сказал, что сможет выбраться обратно, если со стены слезет. И я сказал ему: слезай и посмотри, что там. А через минуту он снова был на стене и сказал, что дышать там нельзя и что везде лежат мертвые с волосами.

— С какими ещё волосами? — не понял генерал.

— Вот и я про то же у него спросил, а он сказал: с длинными. Ну, я тогда сам решил посмотреть, что там за волосы. И перелез через стену сам, с двумя людьми.

— Ну и?

— То были мёртвые бабы, господин генерал. Я прошёл под башней немного, и там, под западной стеной, и пошли трупы. Старые и не старые, ещё не истлевшие и не высохшие. Некоторые уже были до костей съедены орлами, но некоторые были ещё не совсем обглоданы, и у всех были длинные волосы и все были без одежд. Ни чулок, ни башмаков, ничего на них не было, их уже голыми скидывали со стены замка, — рассказывал капитан.

— И что же? Их было больше дюжины там? — мрачно интересовался генерал. Он, признаться, в этом сомневался.