Книга Во сне и наяву, страница 81 – Борис Конофальский

— Нет сомнения в том, что тот человек тоже ходил за Черту, – заметил после паузы голос. – Через то место как раз проходит ближайшая дорога к Черте. Локация, жук – сомнений быть не может. Тот человек ходил туда. Но зачем?

— Может, его попросили… Ну, кто-то такой же, как и вы? – предположила Светлана.

— Вероятность подобного весьма мала, – задумчиво согласился Лю. – Светлана-Света, а не могли бы вы показать мне другие вещи, которые были найдены вами в том мешке?

Ну конечно, она может; Света отставила банку с жуком и стала доставать вещи из рюкзака и карманов, ничего не вызвало интереса у Любопытного, ни провод из меди, ни перчатки из резины, ни веревка с ножом… кроме жестяной коробки из-под чая «Гринфилд».

— А что в этом контейнере? – спросил голос.

А Светлана и сама не знала, она вчера так увлеклась золотой монеткой, что на коробку ее любопытства просто не хватило. Девочка взяла коробочку – легкая. Пустая, что ли?

«Надеюсь, там нет никаких мерзких жуков».

Она ее открыла. И увидела сначала пропитанный жиром кусок газеты. Девочка приподняла ее:

— А, тут этот… фикус.

Да, под газетой был большой, больше ее ладони, фиолетовый маслянистый листок фикуса. А под ним еще слой газеты, и там следующий лист. Всего Светлана насчитала четыре крупных листочка этого растения.

— Судя по тому, как это упаковано, части растения представляли для его хозяина большую ценность, – заметил Лю. – Я недавно видел, как два существа дрались за обладание подобными листьями.

Может, и так, но Светлана помнила страшные судороги, которые ее донимали несколько минут после того, как она намазала соком этого растения свои руки. Так потом руки еще и болели, да и до сих пор мышцы не отошли.

Она снова уложила листочки в коробку, ей было непонятно, что делать с ними. Она помнила судороги, но и не забывала удивительную легкость в руках. Ладно, она решит позже. К другим вещам Лю не проявил интереса, и девочка разложила все по местам. Кроме разрезанной бутылки, из которой вытекла почти вся вода. Света ее выбросила в кучу мусора. А Лю заметил:

— Судя по моим наблюдениям, вода представляет для вашей биологии ценность. Но я заметил, что вы, Светлана-Света, никогда ей не пользуетесь.

— Это потому, что у меня ее нет, – ответила девочка. – Когда жарко, то очень хочется пить, но где ее тут взять, воду-то?

— Я знаю, где есть жидкости для употребления, они не похожи на воду, но они там стоят в таких же переносных резервуарах, как и тот, что вы только что выбросили.

— В переносных резервуарах? А, в бутылках, что ли? – не сразу поняла девочка. – Да, мне нужна вода.

Она подумала, что если даже вода будет плохой, то хорошая пластиковая бутылка ей точно не помешает.

— Завтра я вам покажу то место, если мы пойдем к Черте, то нам как раз его проходить, – произнес Лю.

У Светланы как-то сразу потребность в бутылке и отпала. Она даже подумала о способе отказаться от похода. Вся эта затея отчего-то ей уже не нравилась, но отказаться она боялась. Вдруг Лю перестанет помогать ей. О, эта мысль была еще хуже, чем мысль о походе к Черте и за Черту. Она даже собиралась переселиться сюда, в депошку. Поближе к Любопытному и под защиту серебряного мха. Только мысль о том, что прямо напротив, в двух десятках метров от здания, будет бесноваться и вешать разных существ на заборе Аглая, останавливала ее. Впрочем, Аглая была босой в тот раз, когда она поймала девочку. Может, все-таки… Нет, Света не могла тут оставаться. Если чокнутая ее увидит, ни мох, ни Лю никак не смогут помочь. Так что лучше держаться отсюда подальше.