Книга Охотник, страница 63 – Борис Конофальский

— Сколько вам нужно денег?

Виталий Леонидович отвечать не стал, он весьма бесцеремонно оттолкнул женщину от сейфа и полез в него сам. Нераспечатанная пачка пятитысячных купюр в банковской упаковке, еще половина пачки, две пачки мелочи по тысяче и по две тысячи, перетянутых резинками, тоненькая стопочка евро, банкноты «сотки». Он сгреб все, что нашлось, в карманы своего плаща и повернулся к Тане:

— Это что, все, что ли?

— Мы не ожидали вашего визита, – отвечала женщина.

— Мне нужны деньги, – твердо повторил он.

— Сколько вам нужно?

— Хотя бы пять. – Роэ подумал, что ему предстоят большие траты.

— Пять миллионов рублей будут доставлены по указанному адресу, – сказала Таня, и в ее голосе слышалось: лишь бы тебя тут больше не видеть.

— Пусть привезут на Итальянскую, после пяти буду ждать.

— Хорошо. – Она надеялась, что его визит закончен.

— Мне надо выпить. – Он подошел к небольшому столику, заставленному дорогими напитками.

Жирная Таня молча смотрела, как незваный гость ищет среди бутылок то, что ему нужно. Виски, коньяки, текилы, еще черт знает что, наконец он отыскал необходимое. Водка «Финляндия». На треть пустая. Роэ отвинтил крышку и стал пить прямо из горлышка, не разматывая шарфа. Пил с удовольствием, надеясь, что спиртное поможет вывести из организма яд и приглушит боль. Таня просто стояла у двери и ждала, когда же он наконец уберется. Роэ отпил едва ли не половину от того, что было в бутылке. Перевел дух, закрыл бутылку и положил ее в карман плаща.

— Не забудь, я жду деньги.

Жирная Таня лишь кивнула в ответ: все помню.

Фисюк – гнида хитрая. Если ему позвонить, он наверняка не возьмет трубку. Мало того, после звонка он еще и сорвется куда-нибудь, чтобы не встречаться с Виталием Леонидовичем. Нет, с ним нужно «дружить» внезапно.

— Моховая, – сказал Роэ таксисту, садясь в машину. – Дом покажу.

Такси. Утро. Центр. Дождь и пробки. Людишки куда-то все едут, почему еще не на работе? В одном кармане у него пачки денег, в другом остатки водки. Ему еще бы поесть. Он ел после сна очень и очень много. Поэтому, чтобы не запомниться официанткам, приходилось постоянно менять рестораны и кафе. Иногда на завтрак он брал себе двойную яичницу и двойные сырники, а потом шел в заведение «Теремок» на Большой Морской и брал еще десяток блинов с разными начинками. Сейчас Роэ, наверное, заказал бы два десятка. Десяток с мясными и рыбными начинками, а еще десяток с вареньями, со сгущенным молоком, с медом… И кофе, побольше хорошего кофе. Литр двойного эспрессо в самый раз. Он был очень голоден – отличный признак, кажется, токсин терял силу. То ли от водки, то ли организм справился. Роэ вытащил бутылку, сделал еще пару глотков.

А потом достал последнюю сигарету из мятой пачки «Мальборо».

— Извините. В машине курить нельзя, – заметив дым, сказал водитель.

Роэ порылся в кармане с деньгами и сунул ему через плечо тысячную купюру. Вопрос с курением сразу был решен. Роэман стянул с лица шарф, немного опустил стекло. Дым от сигареты вылетал наружу, а в салон залетали капли дождя. Эх, как хорошо бы сидеть в такси, ехать себе, беспечно попивая водку, ехать и думать, где лучше позавтракать. Он опять жалел, что связался с Бледной, будь она неладна.

Фисюков дома не было. Они никогда не открывали дверь по-хорошему. А недавно еще и замки поменяли. Но хозяева не закрыли в какой-то из комнат окно. Виталий Леонидович навалился на дверь и той ноздрей, что работала, принюхивался к сквознячку, просачивающемуся в щель у косяка. Запах застарелой падали он ощущал, но ни старшего поганца, ни его сынка дома не было. Их зловоние он почувствовал бы сразу.