Книга Буратино. Правда и вымысел…, страница 73 – Борис Конофальский

— Ты что, мне угрожаешь? — взвизгнул Фальконе. — Я в полицию пойду.

— Ну да, ну да, — скептически закивал головой Пиноккио, — я как раз только оттуда. И этот труп у меня из нашего родного полицейского отделения.

— Ох-ох, — Фальконе опять зашатался, готовясь рухнуть снова, но Буратино прыгнул каблуком ему на босую ногу, чем привёл его в чувство.

— Эй, не падать! — произнёс он. А ну-ка, соберись.

— Соберись, — передразнил Фальконе, — а куда собраться, в тюрьму что ли? Или, по-твоему, расчлененный труп — это шутка?

— Шутка, да не наша. Не мы же его убили.

— А кто же?

— Кто-кто, полицейские. Вот кто. Случайно. Переусердствовали просто. Ты же знаешь, какие они дуболомы. Если их разозлить, так будут лупить, пока не убьют.

— А кто же этот несчастный?

— Да бродяга один в одном ботинке, а с бродягами у полицейских свои методы работы, сам знаешь.

— Знаю, — грустно сказал Джузеппе.

— Ну, так что, берёшь тачку или идёшь в полицию?

Джузеппе не ответил нашему герою. С глубоким вздохом он послушно взял в руки тачку, столкнул её с места и покатил.

— А куда же мы этого бедолагу везём? — спросил он.

— Куда обычно, — отвечал Буратино, идя рядом и поигрывая берданкой сторожа, на берег моря, там сарайчик один есть, а под утро контрабандисты его заберут и вывезут в море.

— А что значит «обычно»? — Фальконе даже приостановился.

— Ты давай не останавливайся, — пихнул его стволом берданки Буратино, — а то мы с тобой до утра провозимся. А «обычно» — это значит, как всегда. То есть каждый месяц кого-нибудь вожу.

— Каждый месяц?

— Как по расписанию. Вот в прошлый месяц таможенного контролёра вёз.

— А его за что, он же не бродяга?

— Он был слишком внимательный, вот контрабандисты полицейских и попросили, а те его и ухрюкали. Им только скажи. А я вот вожу всё это.

— Ой, как всё это мне не нравится, — застонал Джузеппе, — ой, как мне страшно, и зачем я только с тобой связался?

— Ничего, привыкнешь, — успокоил его Пиноккио, — мой прошлый помощник быстро привык, хороший был парень, сильный.

— А почему «был»?

— Пил много.

— От водки умер? — спросил Фальконе с облегчением, что хотя бы этот умер от естественных причин.

— Можно сказать и так. Как-то в трактире напился и давай болтать про нашу работу, а про нашу работу болтать нельзя.

— Что же произошло?

— Как обычно. Поутру его полицейские и схватили, а ночью я его уже к морю вёз. Такая вот история.

— Ох!

— Вот тебе и «ох». Запомни, в нашей работе главное — молчание. И помни ещё, кто что у тебя спросит — молчи, как убитый, а то таким и будешь.

— Ох, и бандиты эти полицейские, — простонал Джузеппе.

— Как есть бандиты, — согласился Буратино.

Так и шли они под холодными порывами ветра в сторону моря, Фальконе толкал тачку, пытаясь не глядеть на её содержимое, а мальчик нёс ружьё, сочиняя всё новые и новые небылицы. И тут Буратино увидел две крепкие фигуры в свете новомодного электрического фонаря, который уже две недели возвышался на базаре. Сердце парня ёкнуло и упало, если не в пятки, то, как минимум, до колен. В свете фонаря стояли полицейские.

— Иди спокойно, — превозмогая жуткий страх, сказал мальчик, — справа от нас полицейские.

— А чего же нам их бояться? — жутко вибрируя от страха и глотая слюну после каждого слова, загнусавил Джузеппе. — Ты же говорил, они свои.