Книга Зов бездны, страница 53 – Елена Крыжановская

[4] (прим. Лины) Это способ выжить в Мире-без-чудес. Спокойного принятия правил игры, юмора, переключения внимания никак не достаточно, чтобы жить там нормально. Всё только ожесточает и продлевает мучения. Там можно оградить себя только тупостью. Но и она разрушает.

* * *

Жизнь странника никогда не бывает спокойной и безоблачной, насколько ему хотелось бы. Но всё шло своим чередом. Черная тень отступила.

Дик, как обычно, радовался вольной жизни, пока ему выпадали солнечные мгновения, и очень спокойно встречал опасности, считая их неотъемлемой частью своей дороги. Неприятности тоже можно рассматривать как испытания и приключения. Главным всегда остается твой собственный выбор.

В братстве каждый привык отвечать за себя и за других сам. Гроза долго не могла держаться над головами тех, кого молнии развлекают своей красотой. Тень от тучи осталась, но в обычные дни была не видна. Каждому, происшествие со Стрелой дало знак присмотреться внимательнее к себе, взвесить свои силы и обратиться за поддержкой к тому, над кем бездна не властна.

Дети дороги отнеслись к угрозе спокойно.

До сих пор обходилось без открытого столкновения с обитателями бездны, слава Всевышнему. Но во времена Первого Противостояния почти каждому приходилось отвечать им лицом к лицу. Что ж, придется — значит, снова ответим.

Короткие встречи и поддержка друзей стали ещё дороже. К эстафетам и напутствиям прислушивались ещё внимательнее.

Когда рыжий трактирщик на прощание сжал ему руку и с особенным ударением сказал: «Будь осторожен», — Дик без лишних слов понял, о какой опасности речь.

На всякий случай, даже наедине со своими, возможная охота на странников и вольных бродяг не обсуждалась. Коротко передавали друг другу сведения, что пока всё тихо. Совет не собирали. Держались настороже, как обычно.

Что собственно изменилось? Новый враг не добавился, поднял змеиную голову самый главный и самый древний. Нанёс страшный удар. Жаль Стрелу… Но его гибель не стала напрасной, его простят, в этом не сомневались. Он стал первым из Братства Дороги… Вот у них, кто предупрежден, оправдания слабости уже не будет.

Дик шел через поле, думая, повернуть ему к городу или к лесу? Вечер в городе лучше, там светят цветные огни. А ночь приятнее провести у костра, под звездами… Но закат красивее всего над рекой, на открытом пространстве.[1] Поэтому, пока голос ни одной из дорог не стал громче, Дик поднимался на холм, рассчитывая спуститься на берег реки, там встретить закат и найти знак, который укажет путь дальше.

— Подожди! — услышал он сзади. Грузный трактирщик бежал за ним, размахивая белым полотенцем, как флагом переговоров.

— Постойте, рыцарь, у меня для вас эстафета.

— Что? — удивленно оглянулся Дик.

Его догнал тот же невысокий трактирщик лет сорока, который пять минут назад пожал ему руку. Рыжие волосы, клетчатая рубаха, лицо раскраснелось от бега… Всё знакомо, всё, как обычно, кроме обращения.

— По эстафете вам передали просьбу о помощи!

— Не понимаю, о чем вы? — Дик прямо смотрел в глаза собеседнику.

Того ошеломил подобный оборот дела.

— Вас просят немедленно прибыть в Город и найти…

— Докажите.

— Вы не откликнетесь на просьбу о помощи? — не поверил собеседник. — Пойдете против призвания?

— Вы не из братства и вы не в беде, — невозмутимо заметил Дик. — Не обязан вам верить. — И добавил гораздо тише: — Пока могу отказаться, откажусь. Так и передайте там…