Книга Романтика дорог, страница 79 – Елена Крыжановская

— Смотрите, что это? — Зольда показывала пальцем в заводь. Речь явно не о новой зубастой угрозе. На воде горбатым бегемотом качалась перевернутая кверху дном лодка. Она уже зарастала водяными лианами.

Беглецы осторожно рассмотрели брошенную лодку. На бортах обнаружились следы когтей и зубов. Зато, дно целое, без пробоин. Хозяина, пришедшего сюда порыбачить, или ещё неведомо как и зачем забредшего в лес, можно уже не искать. Перевернув находку и распугав вокруг нее множество водяных змей, одетых в разноцветные кольца, путешественники решили привязать лодку к плоту и вести за собой. Веревку, напоминающую толстый темно-зеленый канат, свили из лиан.

— На ней можно появиться в порту, — Дик задумчиво смотрел на идущую следом за ними пустую лодку. — Только вам бы одеться прилично, как подобает богатым барышням.

— Где ты предлагаешь взять новые платья? — фыркнула Зольда — Одолжить на ближайшей плантации?

— Именно. Если ночью снова увидим огни, навестим это жилье.

— Это опасно, — осторожно заметила Амаринна.

— Нет. Хуже, если люди с плантации явятся в лес. Тогда нам некуда бежать. А их охрану возле дома обойти ничего не стоит. Зольда вам подтвердит.

Пока они боялись заплыть на жилую территорию, огни среди деревьев мелькали часто. Но теперь, когда Дик сам искал встречи с людьми, лес казался бескрайним.

На третью ночь среди листвы появилась цепочка огней. Плот остановили, чтобы проверить, не движутся ли огоньки сами собой? Нет сомнений, это окна низких домов. Свободных селений в этих краях не бывает, только поселки рабов вокруг чьей-то усадьбы.

Ночь впервые прошла на якоре. Незадолго перед рассветом Дик отправился в сторону огоньков, не слушая уговоры и аханье своих спутниц. Самым сложным Дику казалось найти путь обратно к плоту, о том, как он выберется с чужой плантации, странник не беспокоился.

Длинный невысокий деревянный забор, спящие охранники и собаки, жуткая живая тишина, готовая взорваться криком и лаем… Сжав в кармане нож, Дик бесшумно пробрался к широкой кухонной пристройке, обошел ее и постучал в то окно, гостеприимно открытое как раз на границе господской части дома. Он надеялся, что суровая с виду, немолодая дама, спящая в этой комнате, окажется доброй кухаркой и не поднимет тревогу.

— Кто здесь? — послышался испуганный шепот. В комнате зажегся светильник.

— Помощи и защиты! — Дик назвал пароль братства безо всякой надежды встретить здесь детей дороги, привычные слова сами выскочили.

Сетка на окне отодвинулась в сторону. Высокая строгая тетушка, чувствующая себя свободной по недоразумению, проведя всю жизнь среди рабов, с тех пор как девчонкой пошла в услужение, и назначенная теперь экономкой этого дома, осторожно выглянула и, решив, что гость более опасен снаружи, чем внутри дома, кивком пригласила Дика войти.

— Кто ты такой? — она неодобрительно разглядывала мальчишку, предвидя серьезные хлопоты от такого визита.

— Странник.

— Сбежал?

— Нет, — соврал Дик. — Ещё не попался. Моя сестра оказалась в рабстве, вытащил ее. Теперь пробираемся к морю. Это далеко?

— Полдня пути, если в коляске и напрямик. Что-то не слышали мы о новом побеге у соседей.

— А пожар был?

Экономка явно испугалась:

— Вы с плантации господина Цабелиуса?

— Тише, — усмехнулся Дик. — Об этом не надо кричать. Лучше расскажите, что там случилось? Мы поспешно покинули его гостеприимный кров и не знаем подробностей.