Книга Романтика дорог, страница 77 – Елена Крыжановская

— Ложитесь спать, я покараулю, — к Дику беглая рабыня обращалась только на «вы». Сняв шелковую накидку Розы, Амаринна переоделась в штаны и куртку сборщика тростника, которые приготовила для побега Зольда. Дик видел бывшую танцовщицу мельком в комнате, когда они обменялись накидками, а потом — только при жидком свете факелов, но ее бледный лунный профиль и роскошные волосы цвета тростникового меда подтверждали слова Зольды, что сестра ее настоящая красавица, из-за которой мужчины сходят с ума.

— Благодарю, — отказался Дик. — Лучше вы отдохните. Завтра, если повезет, буду наконец-то бездельничать в тени в самую жару. Тогда и посплю.

— Я умею править плотом, если это вас беспокоит, — заверила Амаринна. — Спать я всё равно не хочу. Поверьте, это не будет против вежливости, я ведь сама попросила.

— Хотите остаться наедине с ночью? — Дик понял желание беглянки, предал ей шест, которым отталкивался от берега и стволов деревьев, когда плот останавливался, и растянулся на мягкой травяной постели. Запах горького сока здешних трав совершенно не похож на луговые, лесные и даже болотные. Он навевал тревогу и опьянял. Проникал в сны и населял их страшными лианами с острыми зубами и когтями, которые вползали в шалаш отовсюду, из воды и с неба, норовя загрызть или задушить путешественников.

Дик проснулся оттого, что Зольда тихонько пела и раскладывала на полотняной салфетке продукты к завтраку. Это у нее хорошо получалось, но пришлось попросить ее замолчать. Песню могли уловить чужие уши.

Река бежала сейчас по глухим зарослям. Снизу в плот то и дело толкались коряги или зубастые водные жители. Крокодилы и огромные змеи, то ныряли при приближении плота, то неожиданно всплывали среди плотных широких листьев. Дик испытывал облегчение от того, что его спутницы не кричат при каждом таком появлении. Зольда, кажется, вовсе ничего не боялась, Амаринна иногда зябко вздрагивала, но, убеждаясь, что движение вызвано обитателем леса, что это не погоня за ними, быстро успокаивалась.

Река то сужалась до размеров ручейка, так что плот цеплялся за берега, то широко разливалась, блестя красной глиной береговых отмелей и жемчужными змейками узких песчаных пляжей.

Дик несколько раз выходил на разведку. Перепрыгнув на берег, некоторое время осторожно пробирался по суше рядом с плывущим замаскированным плотом, проверяя, нет ли поблизости жилья, не проезжает ли здесь охотничья экспедиция, не выдаёт ли при взгляде с берега шалаш свою тайну? Всё было тихо.

Спутницы Дика тоже устраивали себе прогулки. Амаринна долго не хотела возвращаться в шалаш. Пользуясь тем, что река немного расширилась, один берег изогнулся полумесяцем чистого песка, на котором почему-то нет крокодилов, хотя следов других зверей — предостаточно, она задумчиво шла вдоль берега и плела бесконечную гирлянду из цветущих лиан. Из-под ног ее убегали в воду лягушки и мелкие черепахи. Внезапно, в момент, когда старшая сестра пересекала одну из звериных тропок, Зольда подняла тревогу. К водопою спешили звери. Это оказались два кабана со страшными загнутыми кольцом клыками.

— Скорее, сюда!

Чтобы сойти на берег, Амаринна сделала всего шаг, но вернуться теперь, когда река широко разлилась, сложнее. Дик подвел плот ближе к берегу, требовательно протянул ладонь и за руку втащил девушку на плот. Треск и вспышка перед глазами на мгновение оглушили Дика. Он почти поверил, что началась гроза.