Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 253 – Матвей Дубравин

— Жаль, что здесь больше никого нет, – сокрушился Ахель. – Ну да ладно. Слушайте очень внимательно всё, что я вам сообщу. Это дело чрезвычайно важно и для меня, и для вашего общества.

— Ахель, что с вами случилось! – забеспокоился Ент. – На вас просто лица нет! Неужели стражи Закона снова приходили?! Они не имеют права пока вас выгонять!

— Замолчи! – шикнул на Ента Хонул. – Ахель, так что стряслось? Вид у вас правда неважный.

— За мной утром приезжали люди из королевской администрации. Мной заинтересовался наследный принц.

— Сам наследный принц! – выдохнул Ент.

— Да, сам принц, – кивнул Ахель. – Не знаю, могу ли я рассказывать вам о нашем разговоре, но всё, что он мне сказал, нужно знать и вам. Я расскажу только про участь Илдани.

— Илдани? – переспросил Хонул. – Это вообще кто такой?

— Это… – начал Ахель. – Подождите! Дело не только в Илдани, но и в экспедиции. Начну с того, что Ент ничего не приукрасил. Больше того. На самом деле всё ещё хуже! На своих выступлениях я о многом умолчал. Я расскажу это вам сейчас, а потом уеду из Столицы. Завтра же.

— Да объясните вы толком, – попросил Ент. – Что стряслось?

— Знали бы вы, что стряслось, – не говорили бы так спокойно! – нервно крикнул Ахель. – У меня волосы на голове дыбом встают. Если бы вы знали, что было?! Было!.. Нет, я не могу говорить. Вернее, я должен был рассказать это всем вам, всему обществу, а не только вам двоим. Вам же никто не поверит. Не поверят даже, что это всё сказал я… Но что же делать? Я не хочу ждать. Не хочу оставаться здесь. Меня здесь, очевидно, ожидает с… с… смерть. Вряд ли, конечно, смерть, но так, знаете ли… – Ахель говорил непонятно. Его слова больше напоминали бред сумасшедшего, не имеющий никакого смысла.

— Успокойтесь, Ахель, – добросердечно улыбнулся Ент. – Может, я сделаю чашку кофе?

— Нет! – замахал Ахель руками. – Я уже пил горячий шоколад. И простите меня: я веду себя как умалишённый. На самом деле мой рассудок в порядке. Просто я впервые в жизни разговаривал с наследным принцем. Более того, он сказал мне то, что я не ожидал услышать даже в жутких кошмарах. А теперь это оказалось правдой!

— Да не томите вы уже! – завёлся Хонул. – Говорите толком!

— Да не могу я! – прикрикнул Ахель. – У меня язык не поворачивается это сказать. Как же вы не понимаете?! Представьте, что вы всю жизнь думали, что живёте в девятнадцатом веке, и вдруг поняли, что живёте в десятом! В тёмные Средние века!

— Что же делать? – растерянно проговорил Ент. – Я вообще ничего не понимаю! Но по крайней мере, я уверен, что живу именно в девятнадцатом веке. Слава Закону!

— Дайте мне бумагу и перьевую ручку. Я всё запишу. Так будет точнее.

Всё это время они беседовали, как и в прошлый раз, в холле на втором этаже. Теперь же Хонул отвёл Ахеля в свой скромный кабинет, заставленный разными колбами и склянками. В этом хаосе он смог расчистить немного места и дал Ахелю лист бумаги и ручку.

— Этого не хватит, – покачал головой Ахель.

— В ящике стола есть ещё много бумаги, – успокоил его Хонул. – Пишите сколько влезет.

— А вы? Это же ваш кабинет. Как вы будете работать?

— Тут хватит места, – заверил его Хонул.

Больше Ахель его не слушал. Он начал писать: «Я, Ахель Онторен, пишу этот текст для того, чтобы с ним могли ознакомиться все, кому моя судьба – и судьба моего дела – небезразлична». Далее он поставил свою подпись и продолжил писать то, что не в состоянии был произнести вслух.