Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 115 – Матвей Дубравин

— Когда я сказал, что ухожу из бильярдного клуба и перестаю быть мэром, я не врал. Тогда я и правда был в ярости. Но стоило мне доехать до дома и принять успокоительные капли, как ко мне вернулся рассудок. Я понял, что в моём положении глупо уходить с должности. Тогда вы все здорово бы отыгрались на мне и на моём сыне. Но всё-таки я решил написать заявление об уходе. Я знал, что король благосклонен ко мне, и понадеялся на милость его величества. Как я и думал, король меня вызвал. Но приехал я к нему не с пустыми руками.

— Подарки притащил? – попытался пошутить один из членов клуба, но Фаул так сурово на него посмотрел, что тот сразу опустил голову.

— Нет, подарки мне ни к чему, – засмеялся Гулт, чтобы разрядить обстановку. – Король богаче меня и имеет то, о чём я и не мечтаю. Чем бы я мог его удивить? Нет, я принёс деловые бумаги. А точнее говоря, пять запечатанных конвертов и один просто заклеенный. Как думаете, почему?

Лоб Фаула покрылся испариной. Лаунт покраснел от ярости и страха. С него пот лил ручьём. Остальные реагировали каждый по-своему. Кто-то пытался скрыть свои чувства, а кто-то – напустить на себя важный вид.

— Не знаете? – притворно удивился Гулт. – Значит, интерактив у меня плохой получается. Ладно, тогда слушайте дальше. Так вот, мы с его величеством поговорили по душам. Он сказал, что я ценный кадр и что он не хочет видеть на месте мэра никого, кроме меня. Я всё-таки долгие годы заслуживал этот авторитет. И вот теперь пришлось обратиться к нему за милостью. Я рассказал ему о своём сыне и попросил его исполнить мои просьбы. Одна была проста – помиловать Дикона. Он сказал, что не хочет злить Закон и не будет его миловать, но когда тот отбудет наказание, то сможет рассчитывать на королевское покровительство. Была и вторая просьба. Я отдал ему шесть конвертов и попросил распечатать их и прочитать содержимое, когда я умру либо если я пропаду. Я старше короля, так что король меня переживёт. И дай Закон ему здоровья. Эх, за короля! – Гулт поднял бокал вина, но никто не последовал его примеру, чтобы чокнуться с бывшим мэром. – Что ж, вы не любите короля? – укорил присутствующих Гулт и отхлебнул вина. – Так вот, в этих конвертах, господа мои, вся ваша судьба.

Повисла короткая пауза.

— Что? – спросил наконец Лаунт. – Судьба?

— Там ваше прошлое и будущее, – пояснил Гулт. – Ваши прошлые делишки; и если король узнает о них, то тогда будет предопределено и ваше будущее. Думаю, это виселица. У всех, кроме вас, – мэр показал рукой на одного из сидящих. – Вы вполне обойдётесь десятью годами работ на соответствующих условиях. Напоминаю: от раскрытия конвертов вас спасёт лишь моя жизнь и безопасность. А сейчас у меня только одна жизнь.

— Ты лжёшь! – воскликнул Фаул и широким жестом смахнул со стола посуду. – Ты это просто придумал, чтобы нас напугать.

— Ты знаешь, что у меня не было причин вас жалеть, – улыбнулся Гулт. – Теперь, когда моя жизнь дорога вам, я добавлю, что могу при первом же подозрении притвориться пропавшим. Тогда уже через два-три дня за вами приедут полицейские кареты. Так что теперь мы будем друзьями. Равноправными друзьями, не так ли. Хотя нет: я же сказал – чуть что, и за вами выезжают. Но и это ещё не всё…

— Тебя засудят! – проорал Фаул. – Ты тоже не праведник, и твоих делишек хватит лет на десять тюрьмы! И я смогу донести на тебя так же, как и ты на меня!