Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 175 – Матвей Дубравин

В голове у Ахеля словно включилось неоновое табло с надписью «Пора!». Как на духу он выдал всю свою историю про поиски существ. Череп он не показал, потому что оставил его дома на случай, если подвергнется уличному нападению. Правда, полиция работала хорошо, но рисковать черепом было нельзя ни в коем случае. Гулт крайне заинтересовался темой и несколько минут сидел молча.

— Идея хорошая, – сказал он наконец. – Только вот серьёзных учёных сюда подключать не стоит. Или же… В общем, есть у меня одна очень хорошая идея, как поступить с этой экспедицией. Только она ещё сырая. Мне бы продумать детали. Сейчас мне пора идти, так что я пришлю тебе письмо. Пока стоит распорядиться насчёт квартиры.

Он подошёл к телефону и дал указания.

— Если у тебя есть ключи, то просто приходи в свою квартиру, как к себе домой, – пошутил мэр. – А если нет, то иди сейчас вместе с моими ребятами.

— У меня есть, – заверил Гулта Ахель.

Они пожали друг другу руки и собирались покинуть кабинет: Ахель – чтобы пойти домой к Тоулу за вещами, а Гулт – на совещание. Но перед выходом Ахель спросил:

— А что за идея про экспедицию? Я жду момента, когда перейду от слов к делу. Не томите меня, прошу.

— И всё-таки, – отрезал мэр, – я пока не хочу ничего обещать. Мне надо идти, а рассказывать в двух словах о том, чему я хочу посвятить, быть может, час беседы, было бы ребячеством. Кроме того, надо продумать детали. – Он развернулся, но замер и добавил: – Чуть не забыл самое главное. Без этого мой план провалится сразу: тебе нужно как можно скорее отдать череп в лабораторию. Если они скажут, что это обычное животное, то и говорить будет не о чем. А если нет, тогда я скажу тебе то, что думаю.

— Но это не обычное животное, – запротестовал Ахель. – Вы когда-нибудь видели говорящее лицо на паучьих лапках?

— И тем не менее проверь! – уходя, сказал Гулт и скрылся за поворотом коридора.

Всё-таки они с Ахелем были объединены не дружбой, а работой, и приветливость была следствием их плодотворного сотрудничества. Ждать от Гулта чего-то тёплого и душевного было бы глупо. Его мягкость имела чёткие границы, после нарушения которых пуховая перина его характера превращалась в гранит.

«Что же он задумал?» – заворожённо подумал Ахель и отправился домой. По пути к нему пришла мысль, которая могла бы стать роковой: «Вице-король вроде как любит всё, что не относится к повседневной реальности. Может, если написать ему письмо, он бы заинтересовался? Видный юрист пишет о существах тому, кто может быть не равнодушен к такой проблеме. Значит… Или всё-таки подождать?»

Думая об этом, он добрался до дома Тоула и позвонил в дверь. Послышались шаги и дребезжание дверного механизма.

— Привет, Тоул, теперь я могу… – Он замолчал: дверь ему открыл не Тоул, а его дворецкий.

Это было странно. Гостеприимный Тоул обожал сам открывать двери гостям, делая исключение только на праздниках, когда на протяжении пары часов приходили и уходили десятки и сотни людей. Ахель вошёл в квартиру, снял верхнюю одежду и спросил:

— А где Тоул? Он ушёл? Неужто стал наведываться на работу чаще чем раз в месяц, – усмехнулся Ахель.

— Хозяин уехал. Сказал, что не знает, когда вернётся, но в ближайшие дни его точно не стоит ждать: поехал далеко, но куда именно – не сказал. Впрочем, вам он оставил письмо. Оно в гостиной на столе.