Книга Туманные острова, страница 58 – Матвей Дубравин

— А пустыню на лед, – закончил мысль Вилем.

— Нет! – неожиданно крикнул Деймор. – Пустыню на лед заменили уже мы, люди. Когда Свиток Тепла был уничтожен и разорван в клочья!

— Вроде он был утоплен, разве нет? – нахмурился Вилем.

— Да, утоплен, – кивнул Деймор. – Но мне больше нравится легенда, согласно которой его разорвали в клочья. Так красивее, не находишь?

— Может быть, – равнодушно пожал плечами работник. – Пойдем в наш храм. Я продолжу рассказ.

— С удовольствием послушаю, – смягчился Деймор и отвел взгляд от теплицы.

— Мы полюбили идею о Хаосе. Не помню уже, как это было. Тем более, как видите, я достаточно молод, и когда я пришел сюда работать, здесь уже собирались любители Хаоса. Мне осталось только влиться в их компанию. А потом, через друзей и знакомых, эта идея пошла в народ.

— И вас не запрещают?

— Мы не делаем ничего плохого для общества, так что нас не за что запрещать. Даже этот храм мы используем днем по назначению. Из уважения к нашим коллегам, которые не любят Хаос.

— Как это мелко! – осуждающе сказал Деймор. – Вы не можете завладеть полностью хотя бы одним маленьким храмом?

— Тогда нас запретят. Это будет вандализмом и кощунством, – объяснил Вилем.

— Почему тебя это пугает? Борись – и победи!

— Я не думаю, что хочу бороться. Хочу просто делать то, что мне нравится. Да и мало нас. Проиграем. Не идти же нам против Союза Свободы! Это было бы смешно.

— Ничего смешного. Некоторые осмеливаются идти даже против Союза Мира, а уж он-то посильнее, чем Союз Свободы!

— Кто же осмеливается на такое? – удивился Вилем. – Даже Враги Идеи и те боятся нос высунуть со своих пяти маленьких островков.

— Хм, – недовольно издал звук Деймор. – Боятся, говоришь. Ну-ну… Ладно. Хватит тупой болтовни. Я жажду перейти к делу. Сначала я хочу посмотреть вашу церемонию. Потом и поговорим. Ритуал красит человека! А сейчас быстренько познакомь меня с другими поклонниками Хаоса. У нас будет великий союз! Мы добьемся многого!

— Вы меня пугаете, – признался Вилем, открывая дверь храма.

— Это нормально, – ехидно улыбнулся Деймор, и они вошли внутрь.

Храм был самый обычный, хотя Деймор и отметил его великолепие. Двухэтажное здание имело вытянутую с востока на запад форму. На втором ярусе виднелись узкие балкончики с мотивами арок и трилистников. Стены были деревянными. Рисунки из истории, которыми должны были украшаться храмы Идеи, были полустерты и стали почти что неинформативными. И все же Деймор смог выхватить несколько моментов. Вот среди туманов создается мир; вот первые люди гладят пушистых зверей; вот Идея в виде грозного человека, сошедшего на землю, молниями истребляет темных фантомов, в страхе скрывающихся в расселинах пещер; вот символически, в виде расколотой короны, показывается распад единой Империи; вот показана война с пустынниками и потеря Свитка Тепла. Люди с нимбами – те, кто послужил делу Идеи больше всех, – имелись на каждом эпизоде. Но все рисунки были примитивные и бледные. Видимо, их писал далеко не самый хороший мастер, да и не обновляли их уже очень давно.

Деймор же посчитал это оформление шедевральным. Ничего красивее он пока что не видел, но попытался скрыть свои эмоции, чтобы не разочаровать своего спутника. На востоке, там, где завершался коридор и где располагалась кафедра и несколько погребальных венков, под потолком на цепях висел круг: символ Идеи.