Книга Туманные острова, страница 337 – Матвей Дубравин

— Если тебе нужно мое разрешение, то я не могу его дать. Я знаю, что тогда мы будем сильно страдать – и телом, и совестью. И я не прощу себе, что испортила такого прекрасного человека, как ты.

У Квеса снова пошли слезы.

— Тогда давай сбежим вместе, Рглия! Прошу тебя. И нет, ты не Рглия! Твое имя – Лия, и только так!

— Меня точно никто не отпустит, – покачала головой девушка. – Мне путь назад заказан. И ты неправ: я все же Рглия. Увы, я сделала свой выбор. Конечно, не ради врагов Идеи. Их я ненавижу. А ради своей семьи. Я понимаю, что неправа, но мои чувства еще сильнее моих мыслей. Особенно теперь, когда я увидела своих сестер. Вот если бы ты признался мне в любви, когда мы еще были не здесь, то… Ах, ладно, теперь уже не имеет смысла ворошить прошлое. Мы уже не поменяем его.

— Я был абсолютным дураком и эгоистом, – прошептал Квес, плача все сильнее. – Я был просто чудовищем. И совершил огромную ошибку, что не признался тебе раньше. – Он уткнулся Рглие в плечо.

— Сейчас самое главное – не сделай вторую ошибку, еще куда большую: не останься здесь!

— Если ты так хочешь, – с трудом сквозь слезы ответил Квес, – то я сделаю так, как ты говоришь. Но что тебе будет за это? Если они поймут, что я отказался после нашей встречи?

— А ты не выдавай меня. Скажи, что передумал сам, ночью. К тому же я делаю только то, что считаю правильным. Я решила сказать тебе это – и сказала! Свой долг я выполнила. А там будь что будет. Надеюсь на помощь Идеи. Она не отступит от нас. От тебя так уж точно!

— Я откажусь. Обещаю тебе, моя хорошая! – кивнул Квес и задрожал от тоски. Рглия тоже плакала.

Так прошло еще несколько минут. Они были обессиленные.

— Прости, что смею говорить об этом, – сказал Квес, – но я не могу не попросить тебя об одном. Это нечестно, неправильно, особенно теперь. Я знаю это, но все же… Рглия, могу я тебя поцеловать?

Девушка посмотрела на него сквозь слезы.

— Конечно, Квес. Я не против.

После этих слов они обнялись и поцеловались. Это был долгий страстный поцелуй, горький от слез, но теплый от счастья. В нем было столько противоречивых чувств, что в их потоке можно было захлебнуться. Этот поцелуй был очень неумелым, но таким искренним, что искренность оправдывала всю неумелость. Это был первый поцелуй Квеса. Самый первый. И Квес полностью растворился в нем, хотя в дальнейшем он долго будет думать, правильно ли он поступил, поддавшись порыву чувств и не сохранив ясность разума. Неоднозначность ситуации не отпускала его годами, но в ту ночь ему было не до размышлений. Он полностью отдался приятному чувству.

А потом поцелуй закончился. Они устали и отстранились друг от друга. Первая отстранилась все же Рглия. Сейчас, в этот момент, она лучше контролировала себя.

— Вот и все, Квес, – проговорила она. – Это большее, что я могу тебе дать. Вернувшись домой, не забудь попросить прощения у Идеи за этот поцелуй. А теперь нам предстоит проститься. Навсегда.

— Я не верю в это! – сказал Квес. – Не верю. Может быть, потом… Хотя бы после смерти…

— Только если Идея простит меня. Давай сейчас не будем об этом? Я слишком устала, Квес. Слишком…

Юноша кивнул.

— Я тоже. Хорошо, что мы сидим. Иначе я бы давно упал. Мои ноги совсем ватные.

Рглия улыбнулась и посмотрела на него. Она была довольна, несмотря на всю горечь этого момента. Она смогла уговорить Квеса на возвращение домой. Ее тушь совсем растеклась по лицу, но все равно она излучала внеземную красоту.