Книга Туманные острова, страница 313 – Матвей Дубравин

Деймор не был знатоком человеческой психологии. Тут Верховный Жрец его явно недооценил. Но теперь отступать было уже некуда. Деймор решил давать самые мягкие ответы. Ему казалось, что тогда и его начальник будет с ним помягче.

— Да, я считаю, что надо оставить их в неведении. Пусть думают, что Рглия просто потерялась. Так мы еще лучше обезопасим себя.

— А как же честь нашего Союза? – оскалившись, спросил Верховный Жрец. – Или тебе нет дела до чести нашего Союза?

— Есть, есть! – испугался Деймор. – Но она не пострадает. Напротив, все наши соседи зауважают нас за то, что мы вернули их людей целыми и невредимыми. А наши люди будут думать, что служители казнены, и тоже станут нас уважать.

— А как же честь перед темными фантомами? Перед Врагами Идеи? Уж от них-то мы ничего не скроем.

Деймор не знал, что ответить.

— Я надеюсь, что они поймут нас. Поймут, что мы были в трудной ситуации. И простят. Да, простят! Наверно… Вы же умеете говорить с ними, так спросите, простят они нам это или нет.

Верховный Жрец остановил музыку и тяжело облокотился на стол.

— Опять ты перекладываешь ответственность на меня. Опять! Это ужасно. Я это запомню, дружок! А что с Рглией? Расскажи мне про нее. Она в порядке?

— Она в одиночном заключении. Когда мы надломим ее волю, то выпустим ее к родным.

— Родители просили забрать ее?

— Да, просили. Но мы их уже развернули, – ответил Деймор. – Объяснили, что она должна заново адаптироваться к условиям жизни здесь.

— А сестры? Их вы к ней пускаете? – спросил Верховный Жрец.

— Нет! Никого не пускаем.

— Зря! Я не хочу, чтобы она сидела в камере совсем одна. Пусть к ней приходят сестры. Так Рглие станет проще настроиться на нужный лад. Но только не все. Нечего распускать сопли. Я ознакомился с фактами об их семье. Пусть к ней пускают только старшую сестру и младшую. К младшей Рглия очень привязана. Поиграем с ее чувствами. А старшая строгая и ответственная. Она проследит, чтобы младшая сестренка не болтала ей лишнего. Ты меня понял?

— Да, конечно, – покрывшись потом, проговорил Деймор. – А как часто их пускать?

— Пусть имеют свободный вход к ней. Когда придут, тогда и пустите. Единственное условие: пусть они всегда приходят вместе.

— Я все исполню как вы хотите! – кивнул Деймор. – Прикажете что-нибудь еще?

— Да, прикажу тебе поумнеть хотя бы на одну извилину. А теперь проваливай прочь отсюда, чтобы я тебя тут не видел!

Деймор вскочил со стула, поклонился и ушел так быстро, как только мог. Оставшись один, Верховный Жрец скривился от головной боли.

— А мой вердикт таков: мы принесем их в жертву. И старика, и юношу. Рглию им не видать. Я их разделил, и я не соединю их уже никогда! – сказал он, но теперь ему было некому отвечать.

Наступал вечер. Квес провел в своей камере уже почти сутки. За это время в его положении не изменилось абсолютно ничего. Разве что он перестал чувствовать противный запах, наполняющий все пространство. Голова у него по-прежнему болела, но он привык к монотонной боли и перестал страдать от нее. Однако ему все больше хотелось пить. За эти сутки он не выпил ни капли воды, а здесь было душно. Одно маленькое окно не позволяло проникнуть сюда свежему воздуху. Все, чем занимался Квес в этот день, – думал о Лие и молился. И пока он думал о ней, к нему в голову пришло столько неожиданных мыслей, что если бы ему кто-то заранее сказал, что он может додуматься до такого, то Квес бы послал этого провидца куда подальше. Квес прекрасно это понимал, но и не спешил отказываться от своих мыслей. «Пока это лишь мысль, я могу ее не бояться. Пока она не воплотилась в жизнь, она не страшна для меня!» – думал он, продолжая испытывать сильную жажду.