Книга Туманные острова, страница 291 – Матвей Дубравин

Зачем этому организму нужны все эти элементы? Квес не сомневался, что они ему и не нужны. Они просто есть, потому что так получилось. Это была не форма, а антиформа. Такое существо не могло выжить в нашем привычном мире. Ему нужен был свой собственный антимир со своими правилами выживания и своими пищевыми цепочками, но Враги не могли создать даже маленького антимирка. Им пришлось преобразовывать мир, созданный Идеей, и они создали эти леса, ручьи и ущелья.

Квес задрожал, когда понял, что этот страшный полумертвый лес – лишь самая верхушка айсберга. Наверняка это лишь стык между нашим нормальным миром и их антимиром. А вот во всей красе, а точнее, во всем уродстве их мир пролегает под землей и в глубинах вод. Там, куда человек не может попасть и куда не доходит солнечный свет. Это было хорошо: природа воздвигла естественные барьеры между ареалом обитания людей и этих тварей, но сам факт, что здесь, в нашем мире, есть места, пригодные для такого рода монстров, уже пугал сам по себе.

«Ну что, смогли бы великие учителя прошлых эпох написать свои трактаты о гармонии мира и величии и любви Идеи, если бы увидели таких созданий мира?»

Такая мысль промелькнула у Квеса, но он тут же понял, что во времена учителей прошлого, когда фантомы свободно бродили по земле, таких тварей было еще больше. Значит, учителя почти наверняка их видели. Теперь Квес проникся к ним куда большим уважением, чем раньше.

Хтоническая тварь тем временем неторопливо направилась к охотникам. Как она шла? Ползла, шагала или парила? Никто не мог этого сказать, потому что у нее наверняка были и кольца червя, и лапы сороконожки, и крылья всех летающих существ на свете. Но каким-то образом этот живой сгусток материи двигался к ним навстречу.

Да что – что же! – могут сделать эти жалкие, примитивные охотничьи ловушки против этого древнего ужаса? Квес подумал, что его песенка, похоже, спета и что охотники явно не рассчитали, кого вызвали.

Существо немного покружило вокруг шумящих охотников и потом рвануло к ним, задев один из капканов. Он тут же схлопнулся и щелкнул. Пользы от этого было не больше, чем от мухобойки, если ее взять на охоту на медведя. Щелкнув и закрывшись, капкан поймал лишь сгустки черного тумана.

«А ведь это точно конец, – подумал Квес. – Самое время начать читать предсмертную молитву. Начну с двенадцатисловия в честь Идеи! „Верю в единственную Идею, объемлющую все, сотворившую мир, который мы видим, и мир, который скрыт от наших глаз. И в воплощение Идеи, одного свойства и одной сущности с ней, которое появилось от Идеи и переняло от нее всю полноту. Ради нас сошедшее в мир, чтобы спасти от Врагов…“»

Квес не успел дочитать длинный текст, потому что был шокирован происходящим.

Капкан оказался устроен куда хитрее. Он вспыхнул несколькими искрами. Любому было ясно, что где-то в механизме произошло трение о кусок кремния, чтобы выбить искру. А искра была тем самым необходимым источником энергии, который мог запустить какие-то новые процессы. Приручив всего два источника энергии – тепло и движение, – люди научились выжимать из них максимум пользы. А уж если этот механизм еще и был заговорен врагами с маленькой буквы при содействии Врагов с буквы большой, то получившийся результат мог превзойти все самые смелые ожидания.