Книга Поцелуй на три счета, страница 99 – Женя Май

Что до предков, так они вообще были поражены, что она увлеклась йогой. Но проведя консилиум, это Света знает, потому что они заперлись в кабинете и не выходили два часа, единогласно решили не совать нос в дела дочери, как и всегда. Помните, границы и всё такое?

И вот новая причуда – Света теперь в группе поддержки. Танцует. У мамы было предобморочное состояние, она даже схватилась за грудь, но папа ловко подсунул ей под нос нашатыря, наверное, приготовился с прошлого раза. Казалось бы – обычная йога, что такого. Но видимо они зрели в корень, как говорится, и ждали продолжения. Сами напросились.

Теперь мама, как наседка, бегает по кухне вокруг Светы. Но Уголёк её не трогает, может, чует опасность. Или ему веселее со Светой.

А она бы и ушла в свою комнату, но мозгу для активности срочно понадобилась доза сладкого. Но пить чай можно только строго на кухне. Какие родители - такие и правила.

На следующий день самовыдвиженцы встречаются в спортзале, где пахнет старым деревом и капроновыми ковриками. У Светы в руках оранжевые помпоны. Такие же, как у остальных четырёх девочек, которые подписались в эту авантюру.

У них нет формы. Нет названия. Зато есть тренер. Буйков. От этого у Светы в груди радостно ёкнуло, но тут же защемило. Она вспомнила Ригу.

— Выходим в начале матча, - говорит Света, встряхнув головой и отогнав лишние мысли. – Громко, чётко, синхронно. Показываем себя. Потом поддерживаем в перерывах. И обязательно - когда забивают гол.

— А если пропускают? – кричит Ленка.

— Тогда орём ещё громче, - парирует Света. – Чтобы заглушить свист. И чтобы они знали: мы здесь, даже когда всё идёт не по плану.

Девочки переглядываются. Их всего пять. Мало. Но Света решила: качество важнее количества.

Алина сидит на скамейке в углу, скрестив ноги. На ней чёрная майка, на ногах бутсы, на лице выражение человека, который держит руку на пульсе и не собирается её убирать.

Света чувствует её взгляд. Но не знает, он ей помогает сейчас или, наоборот, мешает.

— Первая связка, - объясняет Света. – На счёт «раз» выбрасываем помпоны вверх. На «два» шаг вправо. «Три» - поворот вокруг себя, крик.

— Какой крик? – уточняет Катя, самая высокая из группы. Она всё время смотрит себе в ноги. То ли боится ошибиться, то ли хочет казаться ниже.

— «Вперёд! Наша команда – огонь!». Громко. Чтобы в ушах звенело.

Они репетируют. У одной помпон летит не в ту сторону, вторая сбивается с шага, у третьей вечно сползает резинка на рыжем хвосте, и она всё время её поправляет, теряя ритм. Но на пятый раз получается. Не идеально, но уже похоже на правду.

Алина не выдерживает. Кто бы сомневался. Но Света не обижается, всё понимает: значит так надо. Стрекозкина останавливается у края площадки, черту не переходит. Только чуть прищуривается:

— Головы выше. Вы не просто машете помпонами. Вы - наше боевое оружие. Если вы сомневаетесь, мы почувствуем. А нам нужна ваша уверенность, как воздух. Ну, или как вода в перерыве после первого тайма.

— А ты что, психолог? – усмехается Ленка.

— Я всё знаю про футбол и про то, как девочек заставлять верить в себя, даже когда они в это не верят сами, - пожимает плечами Алина.

Света сталкивается взглядом с Алиной. Там искры, недомолвки, кусочки того, что не высказано за год молчания. Может, и обиды.