Книга Поцелуй на три счета, страница 100 – Женя Май

Но Света вдруг чувствует: они снова дышат в одном ритме. Как тогда. До ссоры. До всего.

— Ладно, - говорит она, отворачиваясь. – Ещё раз. Сначала.

Кажется, Света знает, под какую мелодию они будут выступать, и какую кричалку орать.

Через неделю они показывают номер. Лиля, Настя, Оля и остальные сидят на скамейках - усталые, потные, в чёрных майках и растянутых гетрах. Без формы. Без номеров. Без названия. Просто девчонки, которые хотят играть.

— Ого, - выдыхает кто-то при виде оранжевых помпонов.

— Тише, - шипит Лиля.

Танцоры выходят в центр, врубают «Дыхание» (Lekh Remix):

«Слушая наше дыхание,

Я слушаю наше дыхание.

Я раньше и не думал, что у нас

На двоих с тобой одно лишь дыхание»

Оранжевые помпоны взлетают в воздух, будто стая диковинных птиц. Света в середине ведёт их, не сбивается. Они кричат:

— На всех у нас одно дыхание!

Выделывают пару трюков сначала вместе, потом по очереди, в конце две разъезжаются в шпагат, как будто пол намазан маслом. Ещё две синхронно вскидывают ноги, а Света по центру делает мостик: медленно прогибается назад, касается ладонями пола и тянет носок к потолку.

Футболистки молчат. Настя начинает хлопать робко, как будто боится спугнуть. Оля подхватывает, Лиля кивает, поднимается со скамейки, идёт вперёд, не отрывая взгляда от Светы. Останавливается в метре:

— Ну ничё так, - у неё голос хриплый, как у старого друга, который простудился, но всё равно зовёт гулять. – Кричалка мне нравится. Один дух, одно дыхание.

Света выпрямляется, девочки поднимаются, встают на обе ноги.

— Но название нам нужно. Для команды. Как назовёмся? – Лиля почесывает голову.

Все на секунду замолкают.

— «Молния» - предлагает Оля.

— Банально, - кривится Лиля.

— «Торнадо».

— Не то. Надо чтобы жуть брала.

— «Дикие» - выдаёт Алина, и все поворачиваются к ней. – Потому что нас не приручить.

Лиля прищуривается, удовлетворённо кивает:

— Жёстко, мне нравится.

Света ловит взгляд Алины. В нём - гордость. Та самая, которую она не видела наверное сто лет. Или около года. В общем очень давно. Света чувствует, как что-то тёплое подкатывает к горлу, а в носу щиплет, но не подаёт вида. Только сильнее сжимает помпоны.

Радоваться вместе рано. Слишком рано. Много невысказанного и непрощённого. Но улыбнуться ей хочется. И Света улыбается. Алина расцветает в ответ.

— Ладно, «Дикие», - Лиля поворачивается к своим. – Пошли работать. А вы, - смотрит на Свету. – Готовьте помпоны. Скоро первая игра.

— Принято, - говорит Света тихо, но твёрдо. И чувствует: это только начало.

КИРИЛЛ

Убегающие вниз ступени от крыльца магазина кажутся спуском с египетской пирамиды – не меньше. Но Буйков ходит сюда чуть ли не каждый день. То ли вода ему нравится только минеральная, то ли повод сбежать из дома, то ли поупражняться. Хотя скорее – поиздеваться над самим собой, ведь ступает всегда правой ногой вниз, она главная. На левую не опирается. До сих пор.

И вдруг слышит знакомый голос:

— Привет, Кир.

— Привет, - он смотрит на Ригу. Всё такой же. Спортивный.

— Ты как?

Буйков застывает. Ни за что не начнёт перед ним идти дальше. Он же мощь. А тут.

— Норм, - говорит Кирилл. – А ты?

— Пойдёт. Приходи на тренировку.

Буйков аж немеет. Он что насмехается?

Рига смотрит так, будто ничего не случилось. Ни между ними. Ни с ногой. Словно Буйков нормальный.