Книга Спасая Винсента, страница 142 – Джоан Фернандес

В последний раз она была в лечебнице много лет назад, когда навещала Тео. Но этот вестибюль ничем не напоминал ту уютную клинику, где лечил пациентов доктор ван Эден. У стен сидели, ссутулившись в инвалидных колясках, женщины с пустым взглядом. С нарастающей паникой Йо вглядывалась в их лица, разыскивая Вил. Из-за чувства вины подступала тошнота. Все это время надо было интересоваться самочувствием золовки, расспрашивать свекровь подробнее.

— Имя пациента?

К ней быстрыми шагами шла невысокая женщина в длинном белом переднике. Волосы были туго зачесаны и спрятаны под чепцом.

— Вил Ван Гог, – прошептала Йо, еще надеясь, что случилась ужасная ошибка.

Медсестра молча развернулась, и Йо поспешила за ней по коридору, наполненному едкой вонью. Их шаги, не попадая в такт, отбивали резкий ритм, похожий на тиканье часов. Йо украдкой заглядывала в палаты, но успевала различить лишь края кроватей и обтянутые одеялами ноги пациентов.

Дойдя до конца коридора, медсестра остановилась у закрытой двери.

— Сюда, меврау. – Глаза ее были усталыми.

Вил, прямая как жердь, сидела на стуле с высокой спинкой, поставленном вполоборота к окну. Бледный солнечный свет безуспешно пытался рассеять мрак, но снаружи его заслоняла высокая унылая стена. Вил никак не дала понять, что заметила посетителей.

— Вил? Милая? Это Йо. – Она намеренно говорила тихо, боясь испугать золовку.

Вил не ответила. Затаив дыхание, Йо на цыпочках приблизилась к ней. Пышные каштановые волосы Вил в скудном свете казались безжизненными и тусклыми. Кожа отливала желтизной. Глаза скрывались за полуприкрытыми веками. На что она смотрела? Йо попыталась проследить за ее взглядом, но увидела лишь глухую бетонную стену.

— Вил! – позвала она громче. – Вил, это Йо!

Золовка оставалась неподвижной.

Ей явно требовался свежий воздух. Неужели в этой лечебнице нет сада? Уединенного уголка, полного ярких красок увядающей осени? Свежего ветра, несущего запах опавшей листвы? За окном не было ничего, кроме уродливой стены.

А внутри – лишь спертый воздух.

Йо резко обернулась, чтобы сделать замечание медсестре, но та уже исчезла.

Придвинув другой стул, Йо нежно коснулась худенького плеча Вил. И тут же нахлынули воспоминания. Вот счастливая Вил танцует, смеется и поет своим нежным голоском в новогоднюю ночь. Вот она, с сияющими глазами, восторженно рассказывает об успехах Национальной выставки женского труда, открывающей женщинам новые профессии. А вот мягко вкладывает ей в руки пачку своих писем, настаивая: «Возьми». Это были те самые письма, что впоследствии открыли ей переписку братьев, заставив Винсента снова жить, а любимый голос Тео – вновь зазвучать.

— Ах, Вил, – прошептала Йо, и в горле встал ком. – Пожалуйста, вернись.

Она взяла руки Вил, и ее пальцы нащупали грубые бинты. Пораженная, Йо развернула запястья. Пальцы были так туго забинтованы, что напоминали скорее птичьи лапки, скрюченные и беспомощные. Грязные бинты были намотаны кое-как крест-накрест, местами порваны, из них торчали нитки. Йо с ужасом и возмущением разглядывала эту безобразную повязку. Что это за уход такой? Эти бинты явно не меняли уже несколько дней.

— Вил, что случилось? – Она коснулась открытого запястья. – Тебе больно?

Лицо Вил оставалось безучастным.