Книга Возлюбленная Верховного Бестиара, страница 140 – Марина Эльденберт

Я просто видела движения его рук, и чистое искрящееся пространство там, где была рваная рана разрыва, и дальше – движения хтианов и оседающих на пол тварей. Это напоминало какой-то смертоносный танец, пока…

— Алина, сзади!

Как он успевал еще на меня смотреть, я не понимала, тем более что сейчас не успела даже обернуться. Меня рывком вздернули в воздух когтистые лапы, бывшие когда-то руками. Швырнули о стену, и я увидела искаженную злостью морду, в которой смутно угадывались черты лица Михаила.

От удара что-то внутри меня взорвалось болью, перед глазами потемнело, а по телу вместе с ужасом – не за себя, за жизнь нашего малыша или малышки, о которых я даже не успела сказать Богдану, накатил холод. Словно все силы разом схлынули в Бездну, в тот ее остаток, который сейчас остался.

Михаил устремился ко мне, Михаил, а точнее… монстр. Монстр, которым он всегда был, разве что раньше носил человеческое обличье. За миг до того, как когти располосовали бы меня надвое, на его пути возник Богдан. Я не успела ни вздохнуть, ни крикнуть, когда они схлестнулись в бою.

Твари Бездны были огромными, но у Михаила было сознание. И понимание, как уходить от хтианов, бою с которыми он сам обучался. Я в ужасе вцепилась пальцами в платье, в крошку камня, ожегшую ладони, не отрываясь смотрела, как Михаил снова и снова уворачивается от выпадов.

Сейчас увернулся Богдан, когти Михаила прошлись по его груди, сорвав пуговицы и заставив мундир разойтись. Я подавилась воздухом, но в следующий момент лезвие хтиана уже полоснуло по лапе, и монстр взвыл. Рывком взмыл ввысь, а после обрушился на Богдана сверху. Тот едва успел отшатнуться, но удар все равно пришелся в плечо, я видела, как брызнула кровь, поэтому закричала.

Завозилась на полу, поскальзываясь, пытаясь подняться, вытащить снова из себя свою магию, когда хтиан Богдана всей силой здоровой руки полоснул Михаила по колену. Монстр пошатнулся, а следующий удар пришелся прямиком в грудь. Остатки Бездны таяли в зале, кто-то кричал, кто-то плакал, но в этот момент все звуки отодвинулись на второй план.

Кроме биения двух сердец: моего и Богдана. Я подскочила и бросилась к нему как раз в тот момент, когда Михаил осел на пол. Влетела в застывшего над ним мужчину, в жесткий, пахнущий кровью мундир и застыла вот так, обхватив его руками. Прижимаясь всем телом.

Пульс застучал в ушах еще громче, когда Богдан притянул меня к себе, и лишь тогда его перекрыл один-единственный звук. Судорожные всхлипы, рваные, я даже не сразу осознала, что они принадлежат мне. И чем крепче он меня к себе прижимал, тем сильнее я плакала.

Алина

После случившегося я отсыпалась. Вместе с напряжением всех этих лет меня оставили и силы, и я чувствовала себя не в состоянии даже лишний раз подняться, не говоря уже о том, чтобы что-то делать или куда-то идти. Засыпала со Снежаной в объятиях, просыпалась в объятиях Богдана, запоминая смазанные мгновения нежности, когда он целовал меня, а потом говорил:

— Отдыхай, моя Алина, – и я снова проваливалась в сон.

Мне приносили еду, но я ела немного, мне не хотелось, меня хватало разве что для того, чтобы пойти умыться, выпить немного воды, иногда я ела фрукты, но только потому, что помнила, что есть надо не только ради себя.