Книга Опальная жена. Хозяйка Северных земель, страница 86 – Ирина Манаева

— Да нет же, — такое чувство, что я пытаюсь доказать остальным, что не сумасшедшая.

«Ашкай, ты видел?»

Да, Мейя, тоже, что и вчера.

Хольц смотрит на меня внимательно, пытаясь различить ложь.

— Собирайтесь, — велит всем. — Вы сейчас же отправитесь к Утёсу, чтобы всё проверить.

— Сейчас? — блондин округляет глаза. — Тиэррис, не знаю, что там видела лекарка, но ночь не лучшее время, чтобы выбираться из Крепа.

— А малыш наш в штаны напрудил, — усмехается Эрвейн, которому в радость задеть блондина.

— Что ты сказал? — намеревается отстоять свою честь Лоран. Ей-богу, как дети.

— Мейя, ты отправишься с ними, — Хольц делает вид, что не замечает перепалки. — Если там что-то есть, это видишь лишь ты.

Мы отправляемся, чтобы одеться теплее и взять с собой оружие. Перенестись на спине дракона было бы куда проще, чем, натянув лыжи и взяв с собой скарнов, скользить за ними вслед, управляя поводьями, пока животные резво бегут. Сани слишком тяжелы, а вот по скарну на каждого, и путь сокращается прилично. За время поездки вижу вспышку ещё раз, а потом лишь тьма. Нам приходится пуститься в объезд, чтобы забраться на самую вершину, и отбиться от двух голодных крахтов, которые бросились за нами вслед, как только учуяли добычу. И вот, наконец, перед нами старая крепость Северной земли.

Ворота встречают нас глухим скрипом, когда Эрвейн толкает одну из створок плечом. Та поддаётся слишком легко: перекошенная, висящая на одной петле, она словно устала сопротивляться времени.

— Когда-то их закрывали, — тихо замечает Камнелом, проводя пальцами по треснувшему металлу, — и, судя по всему, не один десяток лет.

— Когда-то здесь вообще жили, — хмыкает Коготь. — Всего лишь тридцать лет назад.

Мы заводим скарнов на территорию крепости, приваливаем к двери большие камни, что откололись от стены, на случай если крахты поблизости. Конечно, здесь не один вход, и они могут пробраться с другой стороны, но следует хоть бы попробовать обезопасить животных и себя. Привязываем их к уцелевшему кольцу в каменной стене, они нервничают: фыркают, перебирают лапами, уши дёргаются, будто слышат то, чего не слышим мы.

— Скарны ведут себя беспокойно, — задумчиво говорит Эрвейн, — следует быть осторожными.

— Вот если бы не сказал, мы бы вели себя, как идиоты, — не сдерживается от укола блондин. Делает с десяток быстрых шагов вбок, и тут же исчезает, будто его никогда и не было. Первым с места срывается Камнелом, так резко, что снег под его ногами взлетает в стороны.

— Лоран! — рычит он.

Мы бросаемся следом, и только подбежав ближе, понимаем, что произошло: под ногами зияет провал.

Снег обвалился, обнажив старую яму: узкую, но глубокую, будто когда-то здесь был ход или колодец, а теперь всё сгнило и провалилось внутрь. Края неровные, осыпаются, камни скатываются вниз с глухим стуком.

— Я здесь! — доносится снизу приглушённый голос блондина. — И, к вашему прискорбию, жив!

— Не стой слишком близко, — аккуратно отталкивает меня назад Эрвейн, — это опасно. Ты одна лекарка на всю округу, — тут же добавляет, чтобы объяснить свою заботу.

— Вообще я тоже один такой на всю округу, — доносится голос Лорана из подземелья.

Камнелом уже лежит на животе, свесившись вниз со световым шаром в руке, пытаясь разглядеть друга. За ноги его держит Коготь, чтобы подстраховать, если провал снова осыплется.