Книга В паутине предательств, страница 118 – Адриана Максимова

Едва их руки соединились, Лейфа словно ударило молнией. Разряд прошелся под ребрами и разошелся по всему телу. Он испугался, хотел отдернуть ладонь, но не смог. Рисунки брачных меток слились в единый узор и теперь мерцали золотом. Он чувствовал, как силы уходят из него, дышать становится труднее. По телу Кордии пробежали судороги, и она, распахнув глаза, невидящим взглядом уставилась в потолок. По их меткам пробежал разряд, и Лейф ощутил, что его больше ничто не удерживает. Он с облегчением выдохнул – минута благотворительности закончилась. На миг он даже испытал моральное удовлетворение. Натянув перчатку, Лейф поднялся.

В глазах резко потемнело и он, покачнувшись, обо что-то ударился. Ноги подкосились, и король рухнул на колени. От чувства беспомощности у него защипало в носу. Ему показалось, что он умирает. Стало очень холодно, и только сердце билось, как сумасшедшее. Он попытался встать, но не смог – не хватило сил. Хотел позвать на помощь, но язык не слушался.

До слуха донеслось, как дверь отворилась и кто-то вбежал в комнату. Его подхватили под руки и усадили. К губам поднесли чашу и заставили сделать несколько глотков.

— Все будет хорошо, – прозвучал голос матери. – Тебе нужно немного отдохнуть, и силы вернутся.

— Я в порядке, – с трудом выговорил Лейф. Он чувствовал прикосновения матери – легкие и теплые – и ему хотелось провалиться сквозь землю. – Не надо суетиться.

— Мне приятно позаботиться о тебе, – тихо произнесла графиня Локк, взяв его за руки. Он порадовался, что в перчатках и тепло ее ладоней не так сильно ощущается.

— Только мне это уже не нужно, – произнес Лейф. Зрение начало возвращаться, и он уже мог различать контуры предметов. – Можешь не стараться.

— Я люблю тебя.

Лейф нервно рассмеялся. Пальцы графини Локк сильнее сжали его ладони. Он вдруг четко увидел ее лицо: морщинки возле губ, глаза, в которых было серьезное выражение и в то же время нежность. Ему вдруг захотелось узнать, похож ли он на отца? С матерью у него было немного общего, а вот каким был герцог де Брата, Лейф даже не представлял.

— Больше никогда мне этого не говори! – Его слова прозвучали резко и немного капризно. Последнее Лейфу не понравилось, но он уже ничего не мог исправить.

Лейф заставил себя подняться и направился к двери. Вернулся Сабола и снова занялся Кордией. К нему присоединилась Делора, то и дело причитая:

— Госпожа! Моя бедная госпожа!

Справившись с головокружением, Лейф вышел из комнаты. Его ждало еще одно незаконченное дело.

* * *

Дверь в библиотеку, которую Лейф запер на ключ, была чуть-чуть приоткрыта, так что, если не присматриваться, то и не заметишь. Король замер и осторожно вытащил кинжал из ножен. Прислушался. Ничего подозрительного не услышал. В том, что Нолы в библиотеки нет, сомнений не было.

Затаив дыхание, Лейф толкнул дверь и, вытянув шею, попытался вглядеться в полумрак. Большая часть свечей погасла, а те, что светили, не рассеивали мрак в должной мере. Мышцы горели от напряжения: он ждал, что в любой момент его могут атаковать. Едва он переступил порог, как в лицо ударил сквозняк. Окно было распахнуто настежь. Несколько листов подхватил воздушный поток, и они закружились по комнате, а потом упали на мертвого генерала.

Лейф остановился посреди помещения. Он смотрел на открытое окно и понимал, что это сделано для отвлечения внимания. Там, внизу, ров, и уйти через него невозможно – если с целью разбиться насмерть, но он сомневался в том, что Нола может хотеть своей гибели. У него был только один вариант – кто-то выпустил ее отсюда. Возможно, сбежавший Августин, а возможно, кто-то еще, чьего имени в списке заговорщиков не было.