Книга В паутине предательств, страница 116 – Адриана Максимова

— Августин сбежал, – выдохнул Бальтазар и уперся рукой в стену. – И дочка генерала тоже.

— Как? – строго спросил Дор, который словно проснулся от этой новости.

— Тебе не понравится, – ответил Бальтазар и шумно сглотнул. Провел рукой по лицу, будто хотел стереть с него усталость.

— Да отвечай ты уже, тьма тебя дери! – проорал герцог, с яростью стукнув по полу палкой, на которую опирался.

Бальтазар посмотрел на Лейфа и тому не понравился этот взгляд. Слишком уж много тьмы в нем было.

— Кто-то принес Пилар Монро ключ и лекарство, – облизав губы, сказал Бальтазар. – Она исцелилась и выпустила касталийского птенчика из клетки.

— Вот, значит, как… – протянул Лейф, и они с Дором переглянулись. Король неспешно прошелся по коридору, заложив руки за спину. Потом обернулся и посмотрел на Бальтазара. – И, как я понимаю, ты не смог их остановить. Или не захотел?

— Не успел. – Голос Бальтазара прозвучал виновато.

— Исправляйся. Я хочу видеть этого гаденыша мертвым, – властно произнес Лейф. Бальтазар дернулся от его слов, как от удара. – Где Оскар?

— Зачем он тебе? – спросил Дор.

— Не хочу, чтобы им воспользовались, как приманкой. Кордия любит этого придурка и может сделать глупость, – сказал Лейф. – Пусть Мариан и Джулиан создадут защиту для королевы, а также ловушки, чтобы поймать Августина и Пилар. Бальтазар, займись этим и найди Оскара. Дор, сходи к графине Локк и попроси ее сделать отвар от воспаления и обезвоживания для моей жены.

Отдав распоряжение, Лейф ощутил прилив адреналина. Он нутром чуял, что решающий момент близок. Точка, после которой больше никогда не будет, как прежде.

* * *

Лейф тихо открыл дверь и вернулся в комнату жены. Кордия лежала на постели без одежды. Ее тело покрывали то ли ожоги, то ли язвы, Лейф не стал рассматривать и отвернулся: слишком уж безобразными они были. Вокруг девушки суетился Сабола. Он был бледен, как снег. Светлые волосы прилипли ко лбу, рубашка потемнела от пота. Он опустил в тазик тряпку, перепачканную черной жижей и кровью, и тщательно прополоскав, и продолжил врачевать раны королевы.

— Кто твой сообщник? – зло произнес Лейф.

— О чем ты? – спросил Сабола, и в его глазах промелькнуло беспокойство.

— Ну, как же! – с издевкой проговорил Лейф. – Неужели ты забыл о своем чудесном предложении расколоть девку Монро? Мощное снадобье, которое легко развяжет ей язык. Я поверил тебе.

Сабола несколько секунд непонимающе смотрел на Лейфа, а потом подавил вздох и отвернулся. Король схватил чародея за плечо и развернул к себе. Он чувствовал себя обманутым и использованным, и ему хотелось за это поквитаться.

— Я плохо помню, что произошло, – признался Сабола. – Мне очень жаль, если моими руками совершили преступление.

— Тебе жаль! – рассерженно бросил Лейф. – Всего-то! Ты подставил меня, своего короля, ты подставил других людей! Теперь Пилар на свободе, а вместе с ней и Августин! Кто твой сообщник? Говори!

— У меня нет сообщника, – тихо ответил Сабола, сжимая в руках тряпку. – И я бы никогда не пошел на то, в чем ты меня обвиняешь.

— Врешь! – выпалил Лейф и с размаху ударил Саболу кулаком в лицо. Тот попятился, уронил тазик с водой и каким-то чудом все же удержался на ногах. На его щеке появилась тонкая красная полоска: видимо, кольцо с камнем, что было на пальце Лейфа содрало ему кожу. Король хотел ударить его еще раз, но в этот момент скрипнула дверь, и кто-то перехватил его руку.