Книга Мой (не)выносимый архитектор, страница 7 – Ли Мурр

Он осекся, шумно втянув носом воздух, в котором пахло ее кожей и каким-то сладковатым шампунем. Его взгляд невольно скользнул с ее глаз на губы, потом ниже — на обнаженную ключицу в вырезе свитера. Ему стоило титанических усилий не податься еще вперед, не вжаться в нее.

— В итоге что? — Майя чуть приподняла подбородок. Внутри у нее все дрожало от адреналина и его близости, сердце колотилось где-то в горле, но внешне она казалась высеченной из мрамора. — Понял, что без моих реакций тебе нечем кормить свое эго?

Глеб стиснул челюсти так, что желваки заходили ходуном.

— Я не могу спать, — вдруг вырвалось у него. Это было признание, похожее на кровоточащую рану. Он смотрел на нее с такой отчаянной, злой беспомощностью, что у Майи на секунду перехватило дыхание. — Я смотрю в монитор и вижу, как ты морщишься, когда пьешь кофе. Я срываюсь на инженеров, потому что ты улыбаешься им, а на меня смотришь как на пустое место! Ты сводишь меня с ума, Майя.

Его пальцы на столешнице побелели от напряжения. Еще секунда, еще один ее вдох — и он сорвется. Сметет чертежи, прижмет ее к этому столу, заставит почувствовать то же самое безумие, которое сейчас сжигает его самого.

Майя видела это в его глазах. Она чувствовала жар его тела. И впервые за все это время ледяная стена внутри нее дала трещину.

Она положила стилус. Медленно подняла руку. Глеб замер, перестав дышать, когда ее пальцы зависли в сантиметре от его груди. Она твердо уперлась ладонью в лацкан его пиджака, сохраняя дистанцию.

— Ты привык, что мир крутится вокруг тебя, Глеб, — ее шепот резал не хуже скальпеля, хотя голос слегка дрожал. — Ты бьешь людей, а потом бесишься, что они не хотят подставлять вторую щеку. Ты хочешь, чтобы я вернулась? Чтобы мы снова искрили на планерках?

— Да, — выдохнул он, глядя на ее губы.

— Тогда тебе придется научиться уважать меня. Не как "очаровательную приправу к архитектуре", а как равную. Иначе эта тишина станет вечной. А теперь... — она чуть сильнее надавила ладонью на его грудь, заставляя отстраниться, — отпусти мой стол. Мне нужно закончить расчеты.

Глеб смотрел на нее долгие несколько секунд. В его груди бушевал пожар, но сквозь него пробивалось что-то новое. Восхищение. Острое, болезненное восхищение этой женщиной, которая только что голыми руками зажала его сердце в тиски и даже не моргнула.

Он медленно, с видимым усилием убрал руки со стола. Выпрямился. Воздух между ними со свистом разжался.

— Я понял тебя, Майя, — хрипло бросил он.

Он развернулся и пошел к выходу. И только когда за ним закрылась дверь лифта, Майя с шумом выдохнула, уронила голову на руки и поняла, что ее трясет крупной дрожью.

Глава 6

Пятница, девять вечера. Дедлайн по сдаче генплана дышал в затылок.

Архив-печатная — небольшая комната без окон, заставленная гигантскими плоттерами, где всегда пахло горячей бумагой и типографской краской. Воздух здесь был тяжелым, спертым.

Майя злилась. Огромный, тяжелый рулон бумаги формата А0 никак не желал вставать в пазы плоттера. Она дернула его раз, другой, чувствуя, как по спине струится пот под тонкой шелковой блузкой. Прядь волос прилипла к щеке.

— Да чтоб тебя... — прошипела она, пытаясь удержать скользящий рулон коленом.

Тяжелая дверь за спиной бесшумно закрылась.