Книга Мой (не)выносимый архитектор, страница 1 – Ли Мурр

Глава 1

Дождь барабанил по панорамным окнам офиса на последнем этаже бывшего завода. Москва за стеклом казалась размытой акварелью в серых тонах, но внутри бюро было тепло, пахло свежемолотой арабикой, влажной землей из огромных кадок с монстерами и дорогой бумагой.

Майя сидела за своим рабочим столом, поджав под себя одну ногу, и водила стилусом по планшету. Она выстраивала сложную систему озеленения для многоуровневой террасы нового бизнес-центра. Задачка была из тех, что заставляют мозг приятно скрипеть. Она настолько ушла в процесс, что не заметила, как за ее спиной возникла тень.

Почувствовала только запах. Холодный кедр, черный перец. Глеб.

Он не стал окликать ее сразу. Просто встал за спиной, бесцеремонно вторгаясь в ее личное пространство, и несколько долгих секунд смотрел на экран через ее плечо. Майя физически ощущала его взгляд — тяжелый, оценивающий. Она не обернулась. Лишь чуть сильнее сжала стилус и продолжила тянуть линию плюща по виртуальной бетонной стене.

— Ты пытаешься превратить мой фасад в джунгли Амазонки, Майя? — его голос прозвучал низко, с той самой фирменной бархатной снисходительностью, от которой у других сотрудниц бюро обычно подкашивались колени. А у Майи сводило скулы.

Он оперся одной рукой о край ее стола, нависая. Закатанный рукав белой рубашки обнажил крепкое предплечье с дорогими часами.

— Я пытаюсь сделать так, Глеб, чтобы в твоем бетонном склепе люди могли дышать, а не выли от депрессии на второй месяц работы, — ровно ответила она, не отрывая взгляда от экрана.

— Мой "склеп", как ты выразилась, получил премию за лаконичность форм, — он усмехнулся. Майя знала эту усмешку наизусть: уголок губ чуть приподнят, во взгляде — снисхождение взрослого к ребенку, который притащил в дом грязного котенка. — Твои лианы перегружают геометрию. Оставь пару кадок в холле и успокойся. Мы строим финансовый центр, а не эко-ретрит для просветленных.

Майя наконец отложила стилус. Медленно выдохнула. Она знала, что он ждет, когда она вспылит. Ему нравилось выводить ее на эмоции, нравилось быть тем камнем, о который разбивается ее профессионализм.

Она повернулась к нему. Взгляд глаза в глаза.

— Геометрия — это прекрасно, Глеб. Но ты забыл учесть розу ветров и инсоляцию на восточной стороне, — ее голос был спокойным, почти ледяным. — Без вертикального озеленения твой идеальный фасад раскалится к июлю так, что система кондиционирования сожрет половину бюджета здания. Так что либо ты терпишь мои "джунгли", либо идешь к заказчику и объясняешь, почему его счет за электричество выглядит как номер телефона.

Она видела, как на секунду дрогнул уголок его рта. Глеб терпеть не мог, когда его ловили на просчетах. Особенно — когда это делала она.

Он выпрямился, сунул руки в карманы брюк и посмотрел на нее сверху вниз. В его глазах мелькнуло что-то острое, но он тут же спрятал это за привычной маской высокомерной вежливости.

— Умница, — протянул он, как гладят собаку, принесшую палку. — Обожаю, когда ты начинаешь сыпать терминами, чтобы защитить свои кустики. Ладно. Оставь черновой вариант, я посмотрю вечером. Может быть, в этом даже есть крупица смысла.

Он развернулся и пошел к своему стеклянному кабинету в конце опен-спейса. Идеальная осанка, уверенный шаг человека, которому принадлежит этот мир.