Книга Мой (не)выносимый архитектор, страница 6 – Ли Мурр

* * *

Был вечер четверга. Офис почти опустел. За окнами снова висела серая московская хмарь.

Глеб сидел в своем кабинете без света. Только монитор отбрасывал бледный свет на его лицо. Он не работал. Он смотрел сквозь жалюзи на единственный освещенный стол в опен-спейсе.

Майя засиделась над чертежами. Она была в мягком сером свитере, одно плечо чуть сползло, обнажив тонкую ключицу. Она закусила губу, сосредоточенно сводя какие-то линии на планшете.

Глеб смотрел на эту ключицу. И чувствовал, как пульс тяжелыми толчками бьет в виски. Ему физически, до ломоты в костях захотелось выйти, подойти к ней, вырвать этот дурацкий стилус из ее рук, развернуть к себе кресло и заставить ее посмотреть на него. По-настоящему посмотреть. Не рабочим, стеклянным взглядом. Захотелось впиться в ее губы так, чтобы стереть это невыносимое равнодушие, чтобы она задохнулась от него так же, как он сейчас задыхается от нее.

Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.Какого хрена ты с собой творишь, Глеб? — мысленно рявкнул он на себя.

Он резко поднялся. Схватил пиджак. Нужно уходить. Срочно. Иначе он сейчас сорвется, пойдет туда и наделает такого, после чего она уволится.

Он толкнул стеклянную дверь своего кабинета. Звук шагов эхом разнесся по пустому офису.

Майя вздрогнула и подняла голову. В полумраке их взгляды встретились.На секунду, на одну крошечную секунду, маска идеального профессионала спала с ее лица. В ее глазах мелькнула усталость, и что-то еще — что-то теплое, уязвимое. Но как только она поняла, кто на нее смотрит, ее лицо мгновенно заледенело. Глаза стали пустыми. Она молча отвернулась.

И этот простой жест — отворот головы — ударил по нему сильнее, чем удар под ребра.

Глеб замер посреди офиса. Воздух стал густым, как смола. Он тяжело сглотнул. Злость на нее, на себя, на свою гордость затопила его с головой. Он бросил пиджак на ближайший стол и медленно, очень медленно пошел в ее сторону.

* * *

Глава 5

Глеб пересек темный офис за несколько широких, хищных шагов. Он сам не понимал, что делает. Им двигал чистый, первобытный инстинкт — разорвать эту оглушающую тишину, заставить ее реагировать.

Майя даже не успела поднять голову, как он оказался рядом. Он не стал вежливо останавливаться на пионерском расстоянии. Глеб навис над ее столом, упершись обеими руками в столешницу по бокам от ее кресла, фактически запирая ее в кольце своих рук.

Запах холодного кедра и перца обрушился на Майю. Она замерла. Стилус застыл в миллиметре от экрана.

— Хватит, — его голос прозвучал низко, хрипло, почти срываясь на рык. В пустом темном офисе этот звук ударил по нервам, как оголенный провод.

Майя медленно, очень медленно повернула к нему голову. Она оказалась непозволительно близко — так близко, что видела, как бешено бьется жилка на его шее. Глеб тяжело дышал. Маска идеального, лощеного ублюдка слетела, обнажив измотанного, теряющего контроль мужчину.

— Чего хватит, Глеб? — ее голос был тихим, но в нем звенел лед. Она смотрела прямо в его потемневшие глаза, не отодвигаясь ни на миллиметр.

— Этого. Твоей тишины, — он чуть подался вперед. Воздух между ними спрессовался так, что стало трудно дышать. — Ты выиграла, Майя. Слышишь? Ты хотела доказать, что я мудак? Я мудак. Я перешел черту с Яном. Я хотел уколоть тебя, а в итоге...