Книга Мимо открытых окон, страница 65 – Брин Гринвуд

Закончив порку, Исабель распластала меня на кровати, растянув руки и ноги в стороны, и схватила за волосы. Я пыталась сбросить ее, но она встала коленями мне на поясницу и вжала мое лицо в матрас.

Я была слишком слаба, чтобы сопротивляться, и совсем не могла дышать. Мелькнула мысль: «Так вот как я умру».

— Из-за тебя нас всех могли убить! – проорала мне в ухо Исабель три или четыре раза подряд, а потом слезла с меня.

Я втянула воздух так быстро, что задохнулась и закашлялась. Исабель, часто дыша, осела на край кровати. И вдруг заплакала. Казалось, десятилетия боли и горя вырвались наружу. Выплакавшись и помолчав, она вынула из кармана пачку сигарет и закурила.

Потом заговорила.

— Ты думаешь, я не знаю, каково это – быть запертой, но я знаю. Куда лучше тебя. Дело было сразу после моего дня рождения. Мать отправила меня выполнить кое-какие поручения. Вместе с сестрой мы сбегали на почту, потом в церковь, чтобы отнести чистые рясы для певчих. Мне хотелось пойти в торговый центр, купить себе что-нибудь на деньги, полученные в день рождения, но мама запретила. Только почта, а потом церковь.

«Не доверяй незнакомцам», – учили нас в семье, но Мартина я знала. Он был партнером отца, они вместе вели строительный бизнес. К тому же Мартин служил дьяконом в церкви. Там часто затевали всякие благотворительные проекты, нанимали на работу парней из тюрьмы, приглашали их в церковь, помогали завязать, начать жизнь сначала. Всякая наивная херня.

До моего рождения отец был одним из подопечных Мартина: тот спас отцу жизнь, помог снова встать на ноги после тюрьмы. Так папа и говорил о нем: «Если бы не Мартин, кормить бы мне червей». Мама тоже его уважала. Он считался почти членом семьи. Дядя Мартин, вот как мы его звали, хотя он не был дядей. Но умел внушить тебе, что ты особенная и он тобой дорожит. Это Мартин подарил мне деньги на день рождения. Вынул бумажник и вручил купюру в пятьдесят долларов. Для меня это было целое состояние.

Когда мы с сестрой пришли в церковь, он спросил, что я собираюсь купить в торговом центре. Я пожаловалась, что мама не разрешила нам туда пойти. Вместо этого надо возвращаться домой и помогать делать уборку. «Вредная старая командирша» – вот как он звал мою мать у нее за спиной. Это был наш секрет. Вот и тогда он сказал: «Может, вредной старой командирше и не нужно знать, что вы ходили за покупками». Мартин пообещал прикрыть нас. Если мама спросит, он заверит ее, что мы поздно вернулись домой, поскольку помогали ему в церкви. Все равно как получить разрешение нарушить заповеди у самого Христа. Мы не испытывали вины за то, что отправились гулять по магазинам, ведь дядя Мартин разрешил, если только мы не скажем маме.

В молле мы отправились в музыкальный магазин. Я купила диски «Jars of Clay» и альбом Бритни Спирс «…Baby One More Time», который, как я знала, маме не нравится. Думала, спрячу его и буду слушать, пока родителей нет дома.

Когда мы вышли на парковку торгового комплекса, там был Мартин. Он припарковал свой фургон возле нашей машины и сказал: «А хотите я покажу вам кое-что интересное?» Конечно, мы хотели. Но когда Мартин открыл дверцу, сзади в машине сидел парень. Один из тех, кого перевоспитывали в церкви. Он схватил меня, а Мартин – мою сестру.