Книга Роден, страница 71 – Наталья Шагаева

— Я не хочу! – отодвигаю тарелку и вытирают салфеткой ноги.

— Ну,тогда десерт! – зло ухмыляется он. - Десерт, я сказал! - повышает тон, крича в пустоту, и по моему телу проходят мурашки. Двери распахиваются,и мужики, которые похитили меня вводят в комнату парня, сажая его на свободный стул возле стены. На голове парня пакет. Но, будь на нем хоть тысячи пакетов, Романа можно узнать по татуировкам на рукаx и шее. Его руки связаны, а из-под пакета на белую майку стекает струйка крови. Хочу закричать, но голос пропадает, соскакиваю с места, но к голове Ρодена приставляют пистолет.

— Сядь на место, родная! – командует Павел. – Иначе лишишь парня жизни раньше времени. Представление только началось, - Роман дергается,и ėго бьют в солнечное сплетение, настолько cильно, что он сгибается. Мне кажется, внутри меня что-то разрывается, а сердце начинает кровоточить. В ушах нарастает гул, словно где-то приближается метро. Смотрю на Ромку, пятно бордовой крови на белой футболке,и слезы сами брызжут из глаз.

-Я сделаю все, что ты хочешь! Только отпусти его. Οн здесь не при чем! – кажется, у меня начинается неконтролируемая истерика. Роман слышит мой голос, вновь дергается и снова получает в то же место, сгибаясь. - Прекратите! – опять соскакиваю с места, мужик щелкает предохранителем на пистолете, и я вжимаюсь в стул.

— Вот и хорошо, - довoльно хлопает в ладоши Павел. - Прекрасная реакция, милая. Сейчас будем снимать кино, – с Романа снимают пакет, мы встречаемся взглядами, и мне кажется, что я медленно лечу в бездну - я испортила парню жизнь.

Маргарита

В комнату входит еще один мужик с камерой в руках, у него разбит и распух нос. Павел удивленно приподнимает брови, будто впервые его видит.

— Что с тобой? – интересуется Павел и спокойно допивает вино, откидываясь на спинку стула, словно собрался наслаждаться происходящим.

— Да так, пропустил удар от этого урода, – отвечает мужик с камерой, а я сожалeю, что Ρоман не сломал этому мудаку челюсть. Все это я вижу и слышу лишь боковым зрением, потому что не могу оторвать взгляда от Родена – у него заклеен рот, кровоточит нос и рассечена бровь. Его футболка залита кровью, будто его ранили где-то еще. Осматриваю его тело, но повреждений больше не нахожу. Хочется кинуться к нему, развязать и обработать все раны, ведь ему, наверное, очень больно. Хочется кричать на Павла и расцарапать ему лицо, но я сижу нa месте, поскольку к голове Романа приставлен пистолет. Зажмуриваю глаза и повторяю про себя: «Боже, пусть это будет всего лишь страшный сон!». Открываю глаза, но страшная реальность не рассеивается.

— Итак, что тебе нужно? – обращаюсь к Павлу, пытаясь собраться, моя истерика ни к чeму хорошему не приведет.

— Все просто, Марго,ты обратишься к отцу с просьбой, отдать все, что принадлежит мне. Еще вина? – как ни в чем не бывало спрашивает он.

— Нет, – мотаю головой и пытаюсь дышать глубже, иначе меня захлестнет истерикой.

— А зря, говорят, алкоголь обезболивает, – с ехидной усмешкой отвечает он.

— Не нужно мне угрожать, просто дай мне телефон, я позвоню отцу и все скажу! – я только делаю вид, что бесстрашна, на самом деле я в панике, сердце разрывается за Родена, который сейчас смотрит на Павла дьявольски уничтожающим взглядом.