Книга Запретная. Исцеление, страница 7 – Кэти Андрес

Секунда. Две. Три. До нас обоих одновременно доходит масштаб катастрофы. Мы оба, как по команде, переводим взгляд с лиц друг друга прямо на Алису.

— Да ты, блять, издеваешься, — выдыхаем мы хором. Абсолютно синхронно. Слово в слово.

Алиса, ничуть не смутившись этой идеальной хоровой ругани, невозмутимо делает глоток минеральной воды. Она грациозно ставит бокал на стол, складывает руки в замок и одаривает нас своей самой невинной, лучезарной улыбкой.

— Ну вот, — бархатисто мурлычет она, переводя взгляд с моего лица на побагровевшего Рому. — А вы боялись, что не сработаетесь. Идеальная же синхронизация. Присаживайся, Кирочка. Нам нужно обсудить контракт.

Роман

Время останавливается.

Семь гребаных лет, я вбивал эту девчонку в маты вместе с кровью и потом. Я выжигал её из памяти чужими телами, чемпионскими поясами, миллионными контрактами. Я построил империю на руинах того парня, которого она выпотрошила и выкинула в пустой московской квартире.

И вот она стоит передо мной.

Она смотрит на меня, а я… я физически не могу дышать. Легкие словно залили бетоном.

Она больше не «мелкая». Передо мной ледяная, безупречная, недосягаемая сука в костюме. Но её огромные серые глаза — те самые. И в эту долю секунды, пока мы смотрим друг на друга, с неё слетает весь этот глянцевый лоск. Я вижу, как в её зрачках вспыхивает узнавание, а следом — чистая, неприкрытая паника.

А потом она делает то, что умеет лучше всего.

Сбегает.

Кира резко разворачивается на своих шпильках, отбрасывая волосы за спину, и просто срывается с места.

Я слышу лишь торопливый, почти панический стук её каблуков по паркету ресторана, когда она бросается к выходу, чуть не сбивая с ног официанта.

— Ну, иди же, догоняй, — раздается сбоку невозмутимый, чуть насмешливый голос Алисы.

Я медленно перевожу взгляд на агентшу. Она сидит, грациозно сложив руки домиком, и на её губах играет легкая улыбка стервятника, почуявшего кровь.

— Еще чего, — цежу сквозь сжатые зубы, заставляя себя остаться на месте. Гордость взвивается на дыбы. Я не побегу за ней. Только не снова. Хватит с меня.

— Какого хрена тут происходит? — Ден, до этого молча наблюдавший за сценой с открытым ртом, переводит ошарашенный взгляд с меня на дверь. — Ром? Это что, была та самая топ-модель? Вы знакомы?

Я молчу. Внутри поднимается такая темная, глухая ярость, смешанная с животным инстинктом, что меня начинает потряхивать. В ноздри забился её запах — всё тот же сладкий, дурманящий аромат, который преследовал меня в кошмарах.

«Использовала и выбросила. Как бинт».

— Сука, — рычу себе под нос.

Гордость проигрывает всухую.

Рациональная часть мозга, та самая, что сделала меня чемпионом и бизнесменом, орет благим матом, приказывая остаться на месте. Но тело уже действует на инстинктах.

Я срываюсь с места так резко, что тяжелое кресло с грохотом отлетает назад, едва не сбивая с ног подошедшего официанта.

— Ром! — летит мне в спину оклик Дена, но я даже не оборачиваюсь.

Я лавирую между столиками, чувствуя, как адреналин затапливает кровь. Перед глазами только её удаляющаяся спина в этом строгом черном пиджаке. Она толкает стеклянную дверь ресторана и выскакивает. Вечерний прохладный воздух бьет в лицо, но я его не чувствую.

Она почти успевает дойти до своего припаркованного черного «Майбаха». Водитель уже суетится, открывая перед ней дверцу.