Книга Спайдер и Сторми, страница 188 – Келси Кингсли

Краем глаза я заметил, как Сторми покосилась на меня, и на её губах промелькнула лёгкая улыбка. Её ладонь скользнула по моему бедру, нашла мою руку, и наши пальцы переплелись.

— А чем именно ты занимаешься? — монотонно спросил Крис.

— Я смотритель кладбища неподалёку от Салема, — ответил я, высоко держа голову.

— Ты думаешь, этого хотели бы твои родители? — спросил он без злобы, лишь с искренним любопытством.

Я пожал плечом.

— Честно говоря, сэр, не думаю, что это имеет значение. Задача родителей — сделать так, чтобы ребёнок вырос хорошим человеком, а не диктовать каждый шаг его жизни.

Крис сложил руки на столе и наклонил голову, заинтригованный.

— Ты считаешь себя хорошим человеком?

— Пап! Ну серьёзно? — воскликнула Сторми.

— Что? — пожал плечами её отец. — Это честный вопрос.

Сторми сжала мою руку, её ногти впились в мою кожу. Я не вздрогнул от резкой боли. Её отец испытывал меня, оценивал. Он хотел знать, действительно ли вкус его дочери в мужчинах так сильно изменился за последние пятнадцать лет. Мог ли я его винить? Разве я поступил бы иначе, если бы у меня была дочь с историей саморазрушения? Не имело значения, что ей уже за тридцать. Не имело значения, что она уже больше десяти лет жила самостоятельно. Они всегда будут её родителями, Сторми всегда будет их ребёнком, и они всегда будут беспокоиться о её благополучии. Я не мог осуждать их за это, так же как не мог честно сказать, что я хороший человек.

— Не знаю, — ответил я, выдерживая его твёрдый взгляд.

Крис нахмурился.

— Не знаешь?

Сторми ослабила хватку. Её большой палец легко погладил мой, и я почти почувствовал это лёгкое прикосновение сквозь шквал причин, по которым я не считал себя по-настоящему хорошим человеком. Нет, я хотел им быть. Я хотел верить, что я им являюсь. Но хотеть — не значит быть.

Хороший человек не бросает старшего брата. Хороший человек не имеет крови на руках. А у меня всё это было. Я ушёл. Я украл жизнь. У меня был выбор поступить иначе, но я не поступил. И осознание того, что я был способен на это, только убеждало меня, что я могу сделать это снова. Так как же я мог смотреть в глаза этому человеку и говорить ему, что я достоин его благословения?

«Жесть, да какого хрена я вообще здесь делаю?»

— Нет, — ответил я; голос звучал грубо, как наждак, а сердце камнем провалилось в желудок. — Не знаю.

— Хм. — Крис поднял сложенные руки, потирая пальцем нижнюю губу. — Ну что ж, хочешь узнать, что думаю я?

Не уверен, что хотел, но всё же приподнял подбородок. Готовый выслушать, как этот человек оценит мой характер, после того, как знал меня всего три часа.

— Я...

— Знаешь что? Это глупо! — перебила Сторми напряжённым, дрожащим голосом, убрав руку с моей и оттолкнувшись от стола. — Я думала, будет здорово познакомить вас с Чарли. Думала, вы обрадуетесь, что я наконец — впервые в жизни! — нашла нормального парня, который действительно рад быть со мной, хорошо ко мне относится, готовит, убирает и не тратит время на то, чтобы накачиваться наркотиками. Но, видимо, я ошиблась.

Она встала и уже направилась к двери из столовой, когда отец окликнул её:

— Сторми, если бы ты дала мне закончить…

— Пап, зачем ты вообще начал? — Сторми резко развернулась к нему. — Ты уже устроил ему допрос, прежде чем он успел что-то сказать. И, мама… — она повернулась к ошеломлённой матери, чьи глаза наполнялись слезами, а рот приоткрылся от шока и отчаяния. — Чарли всего лишь говорил, что, может, стоило бы хоть раз поддержать меня. Может, стоило бы просто… порадоваться, что я счастлива. Понимаете? Это что, так сложно?