Книга Отмороженный, страница 106 – Рафаэль Дамиров

Глянул на статуэтку. Посмотрел на журнал. Потом на фотографию со знаком. И тут у меня в голове щёлкнуло.

— Блин, — сказал я. — Ничего странного. Я понял. Смотри.

Я взял статуэтку Фемиды и повертел в руках.

— Это богиня правосудия. Суд. Закон. Юриспруденция.

— Ну и что? — Светлана уставилась на меня. — Это-то ясно, но… Не понимаю.

— А кто у нас пропал? У нас пропала адвокатша. Алла Гордеева. Её зовут Алла. Так же, как Пугачёву. Статья про Аллу. Статуэтка Фемиды — символ правосудия, адвокат. Это намёк на неё. Он подсказывает, где её искать. И если мы успеем, то, может, ещё спасём.

— А знак на лбу? Лютеранский крест?

— Вот! — я хлопнул ладонью по столу. — Есть у нас в городе лютеранские церкви?

— Понятия не имею, — призналась Светлана. — Я вообще не местная.

— Я как-то по ним тоже не специалист.

Психологиня села за ноутбук и застучала по клавишам. Через полминуты повернула экран ко мне.

— Вот. Есть одна лютеранская кирха, девятнадцатого века постройки. Церковь Святого Павла. Сейчас на реконструкции, но деньги кончились, и реконструкцию заморозили. Получается, пока стоит заброшенная, службы ведь не идут.

— Ну точно, — сказал я. — Значит, Алла там.

— Или её труп, — тихо добавила Светлана.

— Сплюнь.

Я раскрыл сейф, достал пистолет и сунул в кобуру.

— Я с тобой, — сказала Светлана, вставая.

— Женщинам в такие места, где может быть расчленённый труп, лучше не соваться.

— Ну, вообще-то я помогла тебе разгадать этот ребус. Вдруг моя помощь ещё понадобится.

— Вообще-то… А ты вообще-то как? Не боишься? Если мы найдём там Аллу вот так вот — не совсем в потребном виде?

— Ну, головы же не испугалась, — хмыкнула Светлана и закинула дамскую сумочку через плечо.

Логично. Я взял служебную машину, но от водителя отказался, сел сам за руль. Светлана устроилась на пассажирском и молча пристегнулась. Мы поехали.

* * *

Старая часть города начиналась за площадью и уходила к реке узкими улочками с малоэтажной застройкой. Здесь было тихо, людей мало, машин ещё меньше. Деревья разрослись так, что кроны смыкались над дорогой зелёным тоннелем.

Кирха Святого Павла стояла на пригорке, в глубине квартала, за чугунной оградой. Строгое неоготическое здание из тёмного кирпича, с узкими стрельчатыми окнами и остроконечной колокольней, на вершине которой торчал простой железный крест, почерневший от времени. Естественно, ни куполов, ни позолоты тут видно не было, всё по-протестантски. Стены покрыты потёками сырости, кое-где кирпич выкрошился. Над входом сохранилась каменная арка с выбитой датой: 1876.

Территорию дополнительно огораживал временный забор из гнутого профлиста. Стройматериалов за забором не было, никаких кранов и лесов тоже — реконструкция, очевидно, заморозилась в самом начале, успели только раскурочить фасад и бросить.

Я заглушил машину и вышел.

— Обойдём, — сказал я Светлане.

Мы прошли вдоль забора, и через двадцать метров я нашёл то, что искал. Один лист профнастила отогнулся внизу, образуя щель, через которую мог пролезть человек.

— Ну что? Здесь подождёшь или со мной? — спросил я.

— Думаешь, я под заборами не лазила? — хмыкнула Светлана и ловко прошмыгнула в щель, подобрав юбку.

Довольно ловко для женщины на каблуках. У меня к ней даже появилось некое уважение. Вроде, мелочь, а что-то щёлкнуло внутри.