Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 181 – Таруна Поддубная

Способно!

Одна рыжая женщина с упрямым взглядом и слишком маленьким опытом для того, чтобы понимать, какую именно власть держила теперь в своих руках.

Я злился на Раэля за то, что он знал. За то, что увидел и понял раньше меня. За то, что, находясь рядом, он уже успел стать ей тем, кем я еще только собирался стать. Но эта злость быстро сгорела, уступив место куда более неприятной честности. У дракона просто не было времени сказать. Да и кем он мне был в ту секунду - соперником, подчиненным, мужчиной, которого я сам же и вырастил в бойца, способного прикрыть мне спину? Не побратимом пока, нет. Но и чужим тоже давно уже не был. Ни он, ни Урих. За годы работы, крови, провалов и побед я успел привыкнуть считать их скорее сыновьями, чем просто лучшими своими бойцами. Никогда не думал, что однажды придется смотреть на них иначе и принимать то, что из-за Ольги мы все трое все-таки станем побратимами.

Потому что от нее я не откажусь.

Никогда...

Я даже остановился посреди коридора, сделал несколько медленных, глубоких вдохов и только тогда понял, до какой степени меня переполняли эмоции, к которым я не привык за долгую, очень долгую жизнь. Раздражение. Ревность. Нежность. Гордость. Страх за нее, от которого хотелось ломать стены голыми руками. И вместе с этим - почти мальчишеская радость, нелепая, непростительная для меня и потому особенно острая. Ольга ведь даже не представляла, насколько стала дорога мне уже сейчас. Не понимала, какая теперь власть лежала в ее тонких женских руках. Сколько женщин пытались дотянуться до этой власти через меня, через мой титул, через мою кровь, через обещания, угрозы и правильно расставленную ловушку. Сколько мужчин пытались сделать то же самое руками женщин. И сколько мне еще предстояло увидеть яда, зависти и тихой жестокости, когда они все поймут, что эта никому не известная девочка получила то, чего не смог добиться ни один из них, сколько бы ни старалась.

Выпрямившись, я дотронулся до панели, открыл уровень ангара и вошел внутрь уже с тем выражением лица, которое знали все вокруг: собранным, холодным, не обещающим никому ни мягкости, ни права на ошибку.

Они ждали.

Раэль и Урих стояли у ближайшего спасательного корабля со своими бойцами. Мои команды были уже снаружи, на других судах, готовые по сигналу заходить на станцию с разных точек и брать под контроль все, что еще можно было спасти. Свет в ангаре казался слишком ярким после темных коридоров, металл под ногами гудел от работавших систем, а напряжение висело в воздухе почти ощутимо. Все понимали: мы шли не просто в разрушенный сектор. Мы отправлялись в сердце того, что слишком долго притворялось случайным хаосом.

Раэль подошел первым.

— Ты уверен, что стоит лезть сейчас в самый центр? — спросил он без лишних вступлений. — Да, там много гражданских, это видно по тепловым сигнатурам, но они распределены слишком странно. Не хаотично. Будто их туда или согнали, или нарочно оставили именно так. Это может быть ловушка.

— Может, — поддержал Урих, и волосы у него чуть дрогнули, словно подчеркивая внутреннее напряжение. — Даже скорее всего - так и есть. Слишком правильный рисунок из живых, которые «спасаются в панике». Мне не нравится эта геометрия. И уж тем более не нравится то, что глушилки там то затихают, то снова вспыхивают. Нас будто то зовут глубже, то проверяют, идем ли мы по нужному им маршруту.