Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 142 – Таруна Поддубная

На его последних словах мостик как будто снова стал тесным.

Потому что мы все поняли...

Не до конца, не всю картину, но достаточно, чтобы почувствовать, как опасно изменился смысл всего происходящего.

— Хочешь сказать, — медленно произнес я, — что кто-то либо пытается воссоздать айшари, либо вытянуть их дар искусственно.

— Я хочу сказать, — ответил Валериан очень спокойно, — что если Ольга действительно несет в себе хотя бы часть того, что несли айшари, то мы имеем дело не с одной женщиной, оказавшейся не в том месте, и не с частной группой безумцев. Мы имеем дело с теми, кто либо нашел след этой давно погибшей расы, либо отчаянно пытается ее возродить.

Раэль сидел молча, глядя перед собой так, будто видел уже не мостик, а какую-то новую, слишком темную карту будущего.

Я тоже не спешил говорить. Во рту все еще стоял вкус крови, ребра напоминали о драке, а в голове медленно и с отвратительной ясностью укладывалась одна мысль: если за Ольгой охотились не потому, что она просто имеет редкий дар, а потому, что она может обладать чем-то, что считалось давно погибшим вместе с целой расой, то у нас впереди - не просто плохие дни.

У нас впереди была катастрофа, только на этот раз гораздо более личная.

— И все-таки, — выдал я после паузы, — история с похищением Ольги все еще выглядит слишком плохо просчитанной.

— Возможно, — согласился Валериан. — А возможно, мы пока видим только тот кусок, который им не удался, и именно поэтому он кажется нам нелепым. У провалившихся операций есть неприятная черта: они создают иллюзию, будто противник глупее, чем есть на самом деле.

Он поднялся из кресла уже тверже, чем несколько минут назад, хотя я все равно видел, как много ему стоила эта быстрая переброска через полгалактики.

— С этого момента, — произнес Лорд Валериан, — мы исходим из худшего варианта: Ольгу попытаются забрать снова. Только теперь уже придумают что-то поумнее.

Урих

— И ты собираешься все это рассказать Ольге? — спросил я, когда тишина на мостике стала уже слишком долгой, в которой каждый думал о своем, но у всех мысли - одинаково дрянные.

Валериан, который до этого стоял у центральной панели и смотрел на мерцавшую схему взорванной станции так, будто хотел прожечь в ней дыру одним только взглядом, медленно повернул голову ко мне. Раэль тоже посмотрел, будто почувствовал сразу, и по его лицу я без труда понял: вопрос я задал правильный, просто сам он пока не решил, хочет ли услышать честный ответ.

— Нет, — сказал Валериан так спокойно, будто речь шла не о женщине, вокруг которой уже успели устроить катастрофу, а о том, кому из нас первым идти спать. — И тебе, Урих, я не советую даже пытаться.

— Почему? — спросил я, хотя прекрасно понимал, что сейчас мне ответят что-то очень раздражающее.

— Потому что ты - идиот, — без малейшего колебания ответил вампир. — Такие вещи женщинам говорить нельзя. Ни в коем случае. Истерики ее нам сейчас еще не хватало. Я конечно понимаю, что ты от женщин постоянно прячешься на корабле. Но, думаю, хоть банальное представление имеешь, не считая семьи, в которой ты родился.

Я уже открыл рот, но Раэль опередил меня с такой скоростью, будто только и ждал, когда лорд скажет именно это.

— Ты ошибаешься, — произнес он хрипло, но твердо. — Ты судишь по вашим женщинам, по тем, с кем ты привык иметь дело, а Ольга - другая.